Байрон ускорил шаг.
— Ты всё ближе и ближе, — произнес он.
Поспешив дальше, он заметил, что сейчас расстояние между каплями на тротуаре увеличилось в сравнении с тем, каким было раньше. Дистанция между ними с самого начала была неравномерной, но чаще всего составляла — метр-полтора. Теперь же от одной капли до другой было от двух с половиной метров, а то и до трех.
Кровь на ране постепенно свертывается? — задался он вопросом. — Или у раненого начала иссякать кровь?
А что, если кровотечение вообще остановится?
Если так обернется, мне её никак не найти.
Или найду её слишком поздно — в качестве трупа в канаве.
Байрона не привлекал ни один из вариантов.
Он перешел на бег.
В нескольких шагах от поворота на аллею Байрон снова упустил след. Он развернулся и направился обратно к аллее. Посветив фонариком, он в паре метров перед собой на асфальте увидел блеснувшую красную точку.
Чудно, — удивился он. В своих фантазиях ему представлялось, что истекающая кровью женщина обнаружится именно в такой аллее. Так, а что, если всё окажется именно так, как он себе навоображал?
Чересчур большие надежды, — вздохнул он.
И всё же почувствовал дрожь волнения, едва ступив в переулок.
Он посветил фонариком из стороны в сторону, практически ожидая увидеть прекрасную женщину, без сил прислонившуюся к кирпичной стене.
Но увидел лишь пару мусорных баков, и ничего более.
Возможно, она притаилась, спрятавшись за одним из таких баков.
Байрон обошел их. Никого там не оказалось.
Он подумывал было поднять крышки, но решил воздержаться. Оттуда несомненно будет смердеть. Не исключено, что в них водятся крысы. Если же истекающая кровью женщина находится в одном из таких, знать ему об этом не хотелось.
Тогда вообще не стоило её искать.
Это предполагалось как приключением со славным романтическим финалом. Было бы просто отвратительно, если бы в итоге всё закончилось обнаружением трупа среди мусора.
Он двинулся дальше.
Через десять шагов вглубь аллеи бледный луч остановился на еще одной капле крови выхватил из темноты еще одну каплю кровли.
— Хвала тебе, Господи, — облегченно вздохнул он.
Чуть поодаль, что неудивительно, находилось еще больше переполненных баков — силуэты нескольких тёмных прямоугольников выделялись на фоне слабого света там, где переулок переходил в следующую улицу.
Ну нет…
Туда идти не придется, я найду её раньше, — твердил себе Байрон.
Вот-вот с минуты на минуту.
По переулку прошмыгнула черная кошка. Она скосила на него глаза, блеснувшие во мраке как два золотых шарика.
Хорошо, что я не суеверен, — подумал он, чувствуя, как по шее побежали мурашки.
— Если бы ты только могла говорить, — произнес он.
Кошка перебралась на правую сторону аллеи. Выгнув спину и подергивая хвостом, она потерлась боком о дверь.
Дверь!
Байрон запрокинул голову и окинул взглядом здание. По его прикидкам, это был многоквартирный жилой дом. Кирпичные стены поднимались на высоту в три этажа, а перед окнами на верхних этажах имелись пожарные лестницы. Ни в одном из окон свет не горел.
Он шагнул к двери. Кошка испуганно шмыгнула мимо него.
Он уже намеревался взяться за ручку двери, как вдруг обнаружил, что она перепачкана кровью.
Его пробрал ледяной озноб.
Пожалуй, это не самая лучшая идея, — решил он.
Но ведь он был совсем близко.
Всё же врываться в незнакомый дом без убедительной причины…
Вполне возможно, что истекающая кровью женщина здесь проживает. В таком случае как объяснить то, почему она предпочла подворотню парадному входу? Неужели, посчитала необходимым прокрасться внутрь втихаря?
— Непонятно, — хмыкнул Байрон.
Может, просто забрела в переулок, полностью потерянная и ошеломленная, а позже вошла в эту дверь, в надежде найти хоть кого-то, кто ей поможет. Быть может, прямо сейчас она идёт, шатаясь, по коридору, слишком обессиленная, чтобы позвать на помощь.
Байрон извлек из брючного кармана аккуратно сложенный носовой платок, встряхнул его и расправил на левой ладони. С его помощью повернул дверную ручку.
Тихо щелкнув, защелка отошла.