Она заперла дверь на замок, затем подошла к ванне и включила душ.
Ему придется выбирать, — решила она, регулируя температуру воды. — Или Джойс, или я. У него не может быть обеих сразу.
А что, если он предпочтет Джойс?
Я не могу его потерять. Только не из-за какой-то чертовой мертвячки.
С тяжким вздохом Барбара подошла к двери и снова её отперла.
Забравшись в ванну, она прикрыла за собой стеклянную дверь. Горячие струи воды приятно обдавали голову и лицо, стекая затем по её телу.
Его руки будут чистыми, — заверяла она себя. — Будут все в мыле, когда он прикоснется ко мне. На его руках не будет и следа Джойс.
Но она будет ждать, когда мы выйдем из душа.
В своей прозрачной ночной рубашке.
Господи!
Она будет стоять в своей ночнушке и солнцезащитных очках, пока мы смотрим фильмы. Потом будет ждать рядом с кроватью, пока мы занимаемся любовью.
Я этого больше не вынесу!
Может, мне не стоит больше подпускать его к себе, пока она не исчезнет отсюда?
Нет, это лишь испортит его отношение ко мне. У меня нет никаких вариантов, чтобы заставить его избавиться от нее. Иначе он навсегда затаит против меня обиду. Решение должно исходить от него.
Если б только она не была в таком хорошем состоянии. Если бы она начала гнить или смердеть, то он не стал бы держать её рядом.
Интересно, а что, если схожу завтра на рынок, пока он на работе, куплю какой-нибудь омерзительно вонючий сыр и засуну ей в рот? И вообще везде, куда только можно?
Фу! Мне придется до нее дотрагиваться.
Но для этого и придуманы перчатки.
Даррен подумает, что она начала гнить.
И избавится от нее?
А если он будет искать причину и обнаружит сыр?
Стоит ли идти на такой риск?
Барбара вздрогнула от неожиданности, когда дверь душевой с шумом распахнулась. Она обернулась. На нее с неизменной улыбкой смотрела Джойс. Ни зеркальных солнечных очков, ни ночной рубашки.
— Нееет! — она попятилась назад, когда Джойс поднялась, поддерживаемая стоящим за ней Дарреном. — Убери её отсюда! — она поскользнулась и плюхнулась задницей на дно ванны. — Ай!
— Дорогая! Ты в порядке?
— Нет! Вытаскивай её отсюда! Да что с тобой не так?
— Для вас это будет отличный способ познакомиться поближе. Я серьезно. Ты не ушиблась?
— Буду жить.
Барбара отползла назад и подтянула ноги к груди, когда Даррен забрался в ванну вместе с Джойс. Он прислонил её тело к себе, обнял одной рукой за живот и захлопнул за собой дверцу.
Поток воды из душа попал на плечи Джойс. Блестящие струйки скользили вниз по её телу.
— Пожалуйста, — взмолилась Барбара, — я не хочу с ней знакомиться поближе. Убери её!
— Всё будет хорошо, когда ты узнаешь её получше.
— Вода её испортит! Лучше вытащи её, пока…
— О нет, она довольно крепкая. Вставай, дорогая.
— Даррен!
— Неужели я так много прошу? Просто поднимись. Ну, пожалуйста.
Нехотя, тяжело вздохнув, Барбара заставила себя встать на ноги.
Даррен улыбнулся ей из-за плеча Джойс:
— А теперь подойди немного поближе. Только смотри, снова не упади.
Она приблизилась на несколько дюймов, после чего остановилась.
— Ближе.
Она придвинулась еще.
— Ближе.
— Не надо. Прошу тебя!
Еще чуть-чуть, и она соприкоснется с Джойс.
— Ну ладно, — сказал Даррен. Он моргнул, смахивая капли воды с ресниц. — Ты очень хорошо справляешься. Правда. У тебя большие успехи. А теперь я хочу, чтобы ты прикоснулась к её лицу.
— Не заставляй меня делать это, — её голос превратился в жалкое хныканье.
— Я не буду тебя ничего заставлять. Просто попробуй сделать это сама, ради меня. Ради нас. Я всего лишь прошу тебя. Ты должна преодолеть свою фобию перед Джойс.
— Это не фобия.
— Когда всё будет позади, мы заживем нормальной жизнью. Я уверен, что она тебе даже понравится. Она будет составлять тебе компанию днем, пока я на работе. А сейчас прошу тебя. Прикоснись к её лицу.
Барбара протянула мокрую руку к щеке Джойс. А потом замешкалась с дрожащими, даже трясущимися пальцами.
Джойс смотрела на нее счастливыми, сияющими глазами.