Какое-то время я буду свободен, но в тот момент, когда попытаюсь рассказать свою историю, то встречу тот же прием, что и от управляющего или мальчиков в Бельвю. Нет, из этой передряги был только один выход. Мне нужно было добраться до доктора Антона и заставить его запеть. Как?
Дежурный встал, почесывая щетинистый подбородок. Потом зевнул, моргнул, пошаркал ногами.
— Пошли, — сказал он. — Доктор Антон хочет вас видеть.
Я чуть не поцеловал его. Потом вспомнил о щетинистом подбородке и отпустил, но одарил при этом широкой улыбкой.
— Пошли, — сказал я, выбираясь из постели.
Моя одежда была немного помята, но он не предложил услуг камердинера. Доктору Антону придется как-то терпеть мое смятение. И некоторые другие вещи тоже. Мы прогулялись по коридору. Я попытался украдкой заглянуть в другие камеры, когда мы проходили мимо, но, похоже, сегодня утром я утратил свое рентгеновское зрение. Я не видел ни Мюриэл, ни мальчиков-гиен с вчерашнего концерта.
Мы легко спустились по лестнице, и вот я снова в кабинете Антона. Служитель закрыл за мной дверь и запер ее на ключ. Я бросился к столу. Потом открылась еще одна дверь, я захлопнул ящик стола и нырнул за стул. Я сидел очень тихо, когда доктор Антон вошел в комнату. На Антоне был новый белый пиджак, но все та же старая борода. У него была все та же прежняя улыбка, но сегодня она не произвела на меня такого благоприятного впечатления.
— Как вы себя чувствуете сегодня утром, мистер Кенни? — спросил Антон, усаживаясь и погрузившись в упражнения по сдавливанию пальцев.
— Очень хорошо, спасибо.
Пальцы переплелись на столе.
— И как вам понравился ваш маленький визит к мисс Эстерли?
Я сглотнул.
— Ох-ох, — этот доктор Антон пожал плечами. — Мне очень жаль, мистер Кенни. Она не стала бы вас беспокоить, если бы не некоторая небрежность со стороны одного из моих служителей. Я принял меры, чтобы больше не было такой беспечности.
Это я вполне мог себе представить. Но ничего не сказал.
— Эта девушка вызывает жалость. — Доктор Антон не выглядел так, будто считал ее такой уж жалкой. — Мания преследования, знаете ли.
— Мне она показалась вполне вменяемой, — ответил я.
— В здравом уме? Но мой дорогой сэр, она же убийца, и…
— Убийца?
— О, разве она вам этого не говорила? — Антон встал и потянулся, чтобы открыть верхний ящик папки с надписью «А-Ф». — Это случилось после того, как она приехала сюда, — сказал доктор Антон, роясь в папках. — Она сбежала, вернулась в приют и убила маленького мальчика по имени Питер.
Я знал, что это ложь. Но в то же время я вспомнил кое-что, что Мюриэл сказала мне в последний момент. «Он загипнотизировал меня и заставил что-то сделать. — Что делать? И ее ответ: я не могу тебе этого сказать. Но после того, как это было сделано, он запер меня». Этот разговор пронесся в моей памяти, пока доктор Антон продолжал говорить.
— К счастью, ваш друг Хартвик был рядом, когда произошла эта… трагедия. Он все понял и проявил недюжинное присутствие духа. Вместо того чтобы передать ее властям, он привез ее сюда. Видите ли, она не виновата, бедняжка. Здесь ее можно вылечить. Но шок от ареста, суда и последующего заключения в психиатрическую лечебницу окончательно вывел бы ее из себя. Я не согласен с методами, применяемыми в государственных учреждениях.
Я готов был поспорить, что нет, у доктора Антона были свои методы, и государственным учреждениям они тоже были безразличны.
— Так вот что случилось, — сказал я.
— Именно это и произошло. — Доктор Антон улыбнулся, печально, тоскливо. Я задумчиво смотрел на него.
— Ни черта подобного, — сказал я ему. — Мюриэл Эстерли никогда в жизни никого не убивала. Вы загипнотизировали ее, позволили сбежать, внушили ей мысль, которая отправила ее в приют. Она, наверное, считала, что убивает кого-то — вы бы об этом позаботились. И Хартвик не просто «случайно» появился там и привел ее обратно. Все это было частью вашей проклятой интриги. Никто не умер, доктор Антон.
— О, разве нет? — доктор отвернулся от папки, протянул газетную вырезку.
«Трагедия в детском доме», — прочитал я.
История была проста. «Питер Эриксон, восьми лет, найден задушенным в комнате Мюриэл Эстерли, бывшего помощника суперинтенданта… Мисс Эстерли отсутствовала уже неделю… полиция ищет ключ к разгадке ее местонахождения…»
Ключей было очень много. И это заставило меня вздрогнуть.
— Вот видите, — пожал плечами Доктор Антон.
— Да. Я вижу. И это ничего не доказывает. Если ребенок умер, вы убили его. Или Хартвик. Или кто-то другой. И устроили все так, чтобы полиция — и Мюриэл — поверила, что это сделала она. Вы можете засунуть эту газетную вырезку в свои папки, доктор Антон. Я узнал то, что хотел узнать. Вы участвуете в этом марсианском сговоре, как и все остальные.