Тогда, после второй операции, сознание Игоря было туманным и путанным. Все же раненому хватило сил принять товарища Нгуен Вена, лидера вьентамских партизан, поручить ему немедленно завести новый счет в Чинайском банке. Отныне суммы от продажи наркоты армариканским воякам были под контролем вьентамцев. О прежних накоплениях Нгуен даже не спросил — не в его компетенции. Харнакин регулярно увозил вырученные суммы, об их дальнейшей судьбе Нгуену знать не полагалось. Вьентамец лишь порадовался, что данная операция отныне переходит под контроль родной республики. Рад был и Харнакин, сбросив с души тяжкий груз. В наркоторговле, пусть и навязанной государством, офицер больше не участвовал. Оставалось передать номер старого счета представителю из Моксвы. Прошло два месяца, Харнакин полностью оправился от ранения. За это время Красные Вьенты атаковали врага по всему фронту. Оккупанты в панике бежали, конец войны был близок. По радио зачитывали победные сводки. Наконец, в госпиталь прибыл савейский дипломат, он лишь вчера приехал во Вьентам из Моксвы.
— Здравствуйте, товарищ Харнакин!
— Здравия желаю — бодро откликнулся раненый
— Поздравляю с правительственной наградой: медалью "Боец-интернационалист". Командование ходатайствует о присвоении вам нового звания.
— Служу Савейскому Союзу.
— Выздоравливай давай. — фамильярно произнес гость, переходя на "ты" — Твой боевой опыт еще пригодится. Как самочувствие-то?
— Самочувствие отличное! Готов к выполнению новых заданий…
Оглядывая гостя, Харнакин чувствовал растущую неприязнь. В штатском, тыловая крыса, типичный представитель "выездной" савейской элиты. Розовый, сытенький, шикарно одет. Ручка с золотым пером наверняка куплена у фарцовщиков. Игорь вспомнил слова пленного фашистского пособника: "Пока ты сидишь среди желтых, на голодном пайке — твои начальнички пьянствуют на чиновничьих дачах. Они берут взятки, определяют сыновей в дипломаты… Там цветет клановость и коррупция… Ваше начальство растащит и разворует все по своим карманам, разорвет на куски твою страну". Неужели подонок был прав?
Тут гость, лукаво подмигнув Харнакину, наклонился к его постели, и шепнул еще фамильярнее:
— А слушай, друг… Ты мне не подскажешь, где тут можно кабачки найти, с выпивкой и девочками… в азирийском духе… Ну, ты ведь сам небось…
"Этот посольский толстячок даже и понятия не имеет, в каких условиях мы тут воевали" — гневно подумал Игорь — "Воображает, будто здесь курорт, увеселительный тур… Вот уж подлинно: кому война, а кому мать родна… Да, опасность вырождения Союза более чем реальна. В руки этих бюрократов деньги отдавать нельзя. Прожрут, пропьют и прогуляют. Могут и с целой страной так сделать."
Еле сдерживаясь, Игорь ответил чиновнику, что географии бардаков не знает. Он твердо решил держать при себе номер секретного счета. Поскольку организатор операции Туи Зиап и шеф Игоря генерал Казаркин были мертвы, израненный офицер оставался единственным тайным владельцем пятьдесяти миллионов таллеров.
Еще через месяц к Игорю прибыл эмиссар ГРО. Он был полной противоположностью дипломата: в форме, скромен, аккуратен и корректен. Однако Игорь не менял решений. Новый гость, поздравив Харнакина с наградой, званием и выздоровлением, сказал:
— Командование поручает вам новое задание. Вы ведь знаете гишпанский язык?
— Так точно. Гишпанский, инглезианский, вьентамский и алеманский.
— Вам дается еще неделя на восстановление сил. Затем предстоит вылет из Вьентама в западное полушарие. Врачи утверждают, что жаркий тропический климат пойдет вам на пользу, в отличие от местного влажного…
— Пункт назначения?
— Сьерра-Гранде. Столица республики Перугвай.
***…В Перугвае он и впрямь чувствовал себя лучше: яркое безоблачное небо, зажигательные карнавальные ритмы, веселая портовая суета, кофейные фермы, сахарные плантации, колониальная архитектура и легендарные мулаты в белых штанах. Лавки на узких улочках торговали узорчатыми коврами, керамикой, плетнеными фигурками из тростника и соломки. Мимо проходили аборигены в традиционных красных пончо, расшитых белым орнаментом. Носильщики тащили к порту корзины. Ребята играли в догонялки, оглашая улицу радостными кликами. С гор Лимчи-Пикчи дул жаркий сухой ветер. На склонах росли вечнозеленые тропические леса, совершенно не похожие на вьентамские.
Харнакин прислонился к теплой стене: здание ратуши было выстроенно на фундаменте древнего храма Вицалькоатля, кровавого бога аборигенов. Игорь обосновался в Сьерра-Гранде первым из группы. Переодетые бойцы савейского спецназа ГРО прибывали в Перугвай через сопредельные страны, по одиночке. В паспорте Игоря значилось гражданство Инглезии.