"Если он кого-то привел, то идти откажется" — такова была затаенная мысль лейтенанта. И вправду, Янек отказался — поглощенный тем, что ему, предстояло, парень оцепенел. Встать со скамьи он уже не мог физически.
— Д-да нет, с-пасибо… — процедил Янек, запинаясь.
Такой ответ заставил Подлейшина еще раз пристально оглядеть окрестные скамейки. "Хм… Никого… Вот и студенты ушли… Да нет, просто это шок… Сидит, как пень, окаменел весь… Ничего, сейчас предложу ему план спасения его Наташи, и парень сразу оживиться.."
— Я слышал, у вашей подруги какие-то неприятности… — участливо поинтересовался лейтенант — Может быть, наша организация могла бы вам помочь? Вы изучаете право, но некоторые тонкости в таком деле, возможно, упустили…
— В-вот как?
— О, да… Уверен, тут есть кое-какие лазейки… Их можно использовать! Я вам сочувствую и готов выручить…
— Хм… Н-но вы же н-не просто так… предлагаете… п-помощь?
— Почему же? Поддерживать правопорядок и пресекать необоснованные преследования — наша прямая обязанность. Вот запишите пожалуйста мой телефон, и надеюсь, что вы скоро убедитесь в нашей объективности… Думаю, история с Наташей — просто недоразумение… Все выяснится. Конечно, если вы лояльный гражданин, и настроены всеми силами защищать законность и порядок, то почему вам не помочь? В этом мы союзники, не правда ли? Ведь так, согласны?
Оставалась сущая формальность: кивнуть и ответить "да". Подлейшин удовлетворенно отметил, с какой готовностью Янек сам полез в карман за авторучкой.
— Да не стоит трудиться, у меня и своя есть… Вот, давайте, я вам продиктую. Потом вы мне напишете еще один малюсенький текст на бумажке, и…
Янек, направив ручку стержнем к себе, а огнестрельным концом — в лоб Подлейшину, подвинул вперед ребристый металлический ползунок. Выстрела он не услышал. С удивлением Янек поднял глаза: уж не осечка ли? Тут он увидел на асфальте какие-то странные комья, подернутые, как ему казалось, черной дымкой…
"Холодец? Кто же его тут опрокинул? Откуда ему тут взяться?"
И только сейчас Янек понял: эти комья — мозг лейтенанта Подлейшина.
"Черные мозги…" — подумал Янек — "Я не ошибся — он был реакционером! Да еще властным! По совокупности — медвежучий нелюдь. Значит, я стер с лица Мезли крупинку Зла, убрал действительного негодяя! Но как же так быстро? Как я вообще это смог? Всего лишь я — и убил целого РСБшника?! Их ведь считают неуязвимыми! Неужто вся государственная машина, что за ним стояла, не помогла ему? А может, это сон? Может, это гипноз, и я сейчас проснусь, а РСБшники будут смеяться мне в лицо? Нет… Вот он… Действительно мертв… Ничего сверхобычного не происходит. Значит… Значит и они смертны! Значит, даже их можно победить! Теперь я достоверно это знаю… С таким знанием умирать не страшно! Добро может побеждать! Если можно убить одного злодея, то можно истребить и их всех! А значит когда-то, кем-то, это будет сделано… Не все так безнадежно на нашей несчастной Мезле… И они тоже смертны! "
Счастливая улыбка блуждала на губах затравленного студента. Ни один наркотик во всей галактике не мог бы дать ему той эйфории, что он испытывал сейчас…
Он не видел сквера, не видел деревьев и фонтанов, не видел сыщиков, что опрометью, сбивая друг друга с ног, бросились от угла улицы к скверу, не слышал их криков. Сжимая зубами стеклянную ампулу, парень думал об одном: "Они тоже смертны!".
И когда подбежавшие филеры схватили юношески тонкие руки мертвеца, их поразило выражение нездешнего блаженства на коченеющем лице Янека.
***— Шут вас раздери совсем! Где вы работаете? Нет, я вас спрашиваю: где вы работаете! В богадельне? Всех разгоню к свиньям собачьим! — бушевал Шкуродеров — Вас что, как статуи для украшения поставили там стоять?! Немедленно удостоверения на стол! Под суд пойдете! Сорву погоны!
— Но кто этого мог…
— Ты мог! И не предотвратил! Тебе что поручено: обеспечивать! Ты хоть крабом под скамейками лазай, мне плевать как ты это сделаешь, но ты обеспечивай! Вы… калеки чертовы… Слепо-глухо-немые что ли? Увечные?! Нам таких и даром не надо. На комиссию и немедленно под суд! Все, убирайтесь к чертовой матери! Пшли вон! Э, нет, погоди! Оба ждите в прихожей, мы с вами еще разбираться будем! Это вам так даром не пройдет!
Кондратий Шкуродеров лютым зверем глянул на сыщиков-растяп. Втянув голову в плечи, они бесшумно покинули начальственный кабинет.