"Черт побери! Кому теперь ехать в Горный Юрт? Чужому такое дело не поручишь… Эх, Подлейшин — Подлейшин… Как мы славно сработались… И вдруг такой финт! А этот щенок Янек… Ну и фанатик… А ведь я предчувствовал… Я ведь лейтенанта пре-ду-пре-ждал! Еще утром, в "Субмарине". Что в лоб, что по лбу… Какой-то глупый каламбур получается… В лоб он и выстрелил… Эксперты говорят: ручка стреляющая сделана в мастерских Союза Повстанцев… Это их стандарт. Ай да Сероглазый… Переиграл меня в первых же ходах. Вот это гамбит! Офицер за пешку. Ну как им удалось этого кутенка превратить в убийцу-смертника?"
Вины своей и государства за случившееся — Шкуродеров, естественно, не чуял. Он валил все на сверхъестественные агитационные способности Сероглазого. Между тем, Рэд с Янеком даже не встречался, а Зернов сделал все для спасения парня. У Шкуродрова не укладывалось в голове, что государственная политика "закручивания гаек" за десять лет может сжать сознание обычного студента до взрывчатки, детонирующей столь мощно и разрушительно.
"Что ж… произошло то что произошло. Теперь начнут копать, с кем Подлейшин с утра разговаривал, кто его видел. А видел нас с ним в "Субмарине" официант. Так что с официантом надо решать по-быстрому. Сегодня же вечером зайду, кофе попьем, и придется сыпануть ему. кулечек… из заветного сейфа. Естественная смерть, отек легких. Никто не догадается. Так, с этим понятно. Ну ладно, раз некому ехать, взрыв на рынке пока отложим… "
Если бы Янек знал, что убийством лейтенанта Подлейшина он предотвратил гибель сотен горожан!
"..Так. Иснабара я вызову через месяц, шифрованным письмом… Отправлю связника к Карзаму, в темную. Но переговоры связнику поручать нельзя — он не в теме. Исанбар приедет, мы с ним здесь, в Урбограде, обговорим условия… Но сначала придется разгребать случившееся. Смерть офицера РСБ не шутка, затронута честь мундира. Если Сероглазый ускользнет после такой дьявольской проделки — начальство меня, глядишь, свиней пасти отправит… "
— Шкуродеров на связи! Ну что, эксперты завершили работу? Вызывай телевизионщиков. В общем, ситуацию подай так: междугородные ужасисты убили офицера РСБ, раскрывшего банду торговцев наркотиками. По заказу криминальных структур, угу. Так. Дальше. Всех сотрудников на склад, переодеть в штатское, и немедленно бросить на патрулирование улиц. Перекрыть все выезды из города: вокзалы, пристани, полустанки, автобусные стоянки. На всех дорогах расставить посты автоматчиков. Связаться с полицией и внутренними войсками. Завтра мы начнем серию обысков на квартирах, и не только подозреваемых в оппозиционности, но и связанных с ними лиц: родственников, друзей и так далее. Что? Переполох? Не обращайте внимания, сейчас это можно и нужно. Угу. Наша активность должна быть зримой. Всем раздать фоторобот Сероглазого, напечатать дополнительные тиражи, расклеить по улицам. Угу. И телефон доверия. И сумму в двести тысяч укажите, что мелочиться… Прочесать все подвалы и чердаки, заброшенные дома, садовые участки в черте города. Отчеты ко мне на стол.
Положив трубку, начальник политического сыска углубился в сводку наружного наблюдения за Янеком. "Ага! После первой беседы с лейтенантом, по дороге домой, парень долго беседовал с каким-то водителем… Машина рядом притормозила. Номер автомобиля зафиксирован. Отлично! Владельца срочно найдем, и немедленно в камеру. Наверняка это повстанческий связник. А если даже и не связник…" — Шкуродеров ухмыльнулся — "Что ж, если это не связник, а обыски и проверки ничего не дадут — мы из него связника все равно сделаем. И выведем на процесс. Да и контакты его надо покопать… Авось знаком с кем-то из оппозиции: вот вам уже и раскрытый заговор. Начальство будет довольно: хоть какие-то результаты… "
***Репортаж об убийстве видел в "Криминальной хронике" отставник Игорь Харнакин, куратор силовой группы повстанцев. Случившееся было неприятным сюрпризом.
"Вот черт… Кого-то шлепнули, свалили на нас, и сейчас начнется шухер по всему городу… Как там наши бойцы, под чужими документами? Не зацепит ли их полицейская сеть? РСБшники взялись основательно… Ну и переплет… Это нам всем большая проверка. Теперь не раньше чем через два месяца придется первый акт ставить, против Леньки Вурдалака… Мы-то хотели рассеять ореол полицейской неуязвимости, а тут кто-то пошел на убийство аж лейтенанта РСБ! И того круче… Такого не только убить — такого и выследить-то трудно… Кто же это сделал? Какие-то внутренние разборки? Или криминальные? Эх, проклятье — из их репортажей правду не выцедишь… Приписывают нам. Что ж, опровергать не будем! Но если все утихнет, а через два месяца вслед за жандармом отправится к праотцам банда полицая Лёньки, тогда горожане и вправду стряхнут с себя оковы страха, поверят в мощь повстанцев. Пережить бы эти месяцы… Ничего. Конспирация вполне герметична."
***