«Не всегда можно будет сделать выбор в пользу близких, исполняя свой долг. Иногда близкие могут оказаться не на твоей стороне».
Моё решение не изменилось — я всё так же готов им стать.
Я взял со стенда керамбит — ненастоящий, тренировочный, выполненный из прочного чёрного пластика. Но даже им можно было нанести серьёзную травму. Нож с загнутым, как коготь, лезвием лёг в ладонь привычным обратным хватом. В машине и дома у меня имелась парочка стальных, пару раз уже пригождавшихся.
Хань Ши права: по вечерам, чтобы вымотать себя, я тренировал кунг-фу, успевая ещё перед этим с командой по конному поло отработать пасы, ведение мяча и провести пару учебных игр. А чтобы не слышать отвратительно скрипящих в голове голосов, сбегал с Ветром. Впрочем, как бы я себя ни нагружал, ничего из этого не помогало забыться глубоким сном и избавиться от сновидений.
— Ты должен уметь сдерживаться и контролировать свои мысли и эмоции, что бы ни случилось! Убрать их и не доставать до конца боя! Рамки твоего сознания должны быть предельно расширены, — громыхнул звонкий уверенный голос Ши.
Китаянка медленно приблизилась и заняла позицию напротив меня.
— Зачем ты себя выматываешь?
Хань Ши ни о чём не знала.
Когда я не ответил, она взмахнула шестом — я отбил первый удар.
— В тебе нет послушания! Будто я тебя и не учила ничему несколько лет! — негодовала она, совершая быстрые удары. — Сколько раз я тебе говорила: нужен баланс, нужно брать себя в руки, а не бежать с горячей головой. А ты именно этим и занимаешься. От кого ты бежишь?
В живот пришёлся тычок шестом, я вовремя отступил и повернулся. Хотя боли я и не чувствовал, но был рад, что орудие прошло по касательной.
Я продолжал упрямо молчать.
В ход пошли не только руки, но и ноги. Согнул одну, приседая, чтобы достать Ши.
— Ты ведёшь себя неподобающе своей мечте стать Хранителем, — тихо произнесла она, когда я пытался перехватить шест и сделать подсечку. — Чтобы победить, достаточно выйти за пределы разума. Зачем тебе это всё? — продолжала настаивать Ши.
Она развела руки в стороны, находясь в нескольких метрах от меня. Короткий миг — и нога Ши врезалась в мой живот. Рваный выдох вырвался из лёгких, но я не сдвинулся с места. Прижал керамбитом шест к полу и взглянул на Ши исподлобья.
— Ты будто к войне готовишься.
Я сглотнул и, отвлекая китаянку перебежкой, ушёл в сторону, чтобы напасть со спины. Мне было не до разговоров. Да и не за этим я сюда пришёл. Последняя тренировка так последняя. Найду, чем заняться.
Мускул дрогнул на лице: Ши права, я перестаю контролировать себя.
Она сделала выпад палкой, даже не приближаясь, и я ударился спиной о мат. Раздался шорох неспешных шагов. Ши приблизилась, и в области моего зрения появилось её по-прежнему равнодушное лицо.
— Я видела однажды похожую, они бывают разные, но называются одинаково. — Взгляд китаянки был прикован к моей ладони, где белела тонкая полоска. Эластичный бинт не скрыл от неё шрам. И Ши сказала: — Навидь.
У Филиппа была похожая…
Я рывком поднялся, снова стоял перед ней.
— Да. И от неё не избавиться, — снял я с языка китаянки слова, которые она так же медленно и шёпотом повторила за мной.
Долгую минуту она смотрела в пол, о чём-то размышляя.
— Не бросай меня, — вдруг попросил я. — Об этом больше никто не знает.
— Ты бы просто так не ушёл… — задумчиво протянула Хань Ши с лёгким акцентом, поднимая голову. Слегка прищурившись, она цепким взглядом искала что-то в моих глазах. — И Даша, конечно, не в курсе? — с укоризной спросила она.
Я отвернулся, чтобы не смотреть ей в глаза, но всё равно заметил в отражении в стекле, как по её слегка бледному лицу пробежала тень. Ши помрачнела и покачала головой, уже зная ответ.
— Мы больше не общаемся, — наконец признался я. Ши промолчала. — Это бессмысленно. И прошу, не вмешивайся. — Нервы сдавали. Пальцы крепко сжали керамбит. — Почему ты не сделала ничего тогда? Почему не убедила Совет, что нужно расследовать появление упыря?