Мудрецы, выслушав моё объяснение, похвалили меня, а мудрец Лецзы рассказал свою притчу:
ЦЕЛОСТНОСТЬ
Даосы, став святыми, улетают ввысь, как птицы,
Туда, где горы, где Лаоцзы нашёл свою обитель,
Трактат «Дао-дэ цзин» Гуань Иню передав, учитель
Оставил знанья на земле Хранителю Границы.
Мудрец Лецзы спросил Гуань Иня: «Как муж настоящий
Идти способен под водой, остановив дыханье,
Идти и не обжигаться через огонь, горящий,
Идти над тьмой вещей без трепета и содроганья»?
- «Чтоб мочь так, знания и ловкость ничего не значат,
Ни смелости и ни решительности проявленье, -
Сказал тот, – обрести целостность – главная задача,
Достичь эфира чистоты лишь можно сохраненьем.
Всё то, что формой и наружным видом обладает,
Звучанием, цветом не может вещью не являться,
Различие лишь в свойствах, в том, что облик их скрывает,
Одна вещь может от другой ведь этим отличаться.
Достаточно разве отличия для превосходства?
Поймёт тот Истину, кто достигает пониманья
Процесса из бесформенного всех вещей созданье,
Где есть отличие в начале, в окончанье - сходство.
Узнав беспристрастья меру, можно летать учиться,
Мысль мудрых попадает в сферу новых измерений,
Во вневременном пространстве отсутствуют границы,
Процесс же прекратится с прекращеньем изменений.
Чтоб в не имеющем начала времени скрываться,
И странствовать там, где вещей тьма время не имеет,
Единства нужно природы с эфиром добиваться,
В его лишь чистоте наш разум Истину прозреет.
В единстве чистоты своей и чистоты эфира,
Как в полноте всех свойств своих и свойств всех мирозданья,
Мы сможем сами проникать в любые части мира,
И принимать участье в процессе вещей созданья.
Природа у мудреца того, кто так поступает,
Хранит всю целостность, в энергии нет недостатка.
Печаль разве когда-то в его сердце проникает?
Он в мире растворяется, как мир в нём без остатка.
Ведь пьяный при падении с повозки, даже резком,
Не разбивается до смерти, страх ему не ведом.
Душа у него целостная, взгляд озарён блеском,
Не видит страха смерти он, сталкиваясь с предметом.
Раз целостностью такой пьяный от вина владеет,
Какую ж целостность обрести можно от природы?
Вреда человек, слившийся с природой, не имеет.
Полёт над бездной - что ему, как и огонь и воды»?!
Рассказав эту притчу, Лецзы заметил, что человек, слившийся с природой, становится даосом, и тогда он ощущает неземную радость, которая помогает ему обрести бессмертие. И он тут же рассказал другую историю:
РАДОСТЬ ДАОСА
Конфуций, странствуя в горах, спускаться стал к долине,
Увидел на камнях сидящей странную фигуру,
То был стареющий даос, одет в оленью шкуру,
Верёвкой подпоясанный, пел и играл на цине.
- «Чему вы радуетесь так? Что вас развеселило»? –
Спросил Конфуций, подойдя к тому и поклонившись.
- «Я радуюсь чему? Природа жизнь мне подарила,
И вот на свет я появился, существом родившись.
Подумать только, ведь природа тьму существ рождает,
Мне человеком было суждено стать от рожденья,
Ведь он среди существ первое место занимает,
Вот я и радуюсь и Небу шлю благодаренье.
Вторая моя радость, что мужчиной я родился,
А мужа все в отличие от женщин уважают,
Мужчину ценят выше, женщину все презирают.
И рад я, что в мужском обличие на свет явился.
Бывает, человек день проживёт и умирает,
Не успевает он сменить пелёнки на одежду,
Такие есть ещё - до сорока не доживают.
Мне девяносто, до ста лет имею жить надежду.
Быть бедным это – правило мужей всех благородных,
Смерть есть конец для всех, итогом жизни всей являясь,
Я если обрету конец средь ценностей природных,
Зачем мне горевать, закону верным оставаясь»?
- «Прекрасно! – сказал Конфуций, услышав объясненье,
Как радуетесь, все трудности преодолевая,
В каких простых вещах находите вы утешенье,
Здесь на природе обретя свой дом, подобно раю».