ПОЛНОТА СВОЙСТВ
Ван Тая ноги лишили в Лу за преступленье,
За ним, как за Конфуцием, ученики ходили,
Чан Цзи спросил Конфуция об этом объясненья:
- «Что представляет он, ведь ему ногу отрубили?
Не поучает, стоя, он, бесед не ведёт, сидя,
Но Истиной учеников он разум заполняет,
Без слов ученье понимают все, его лишь видя,
Как удаётся ему это всё, никто не знает».
- «У нас он самый мудрый среди всех мудрецов здешних, -
Сказал Конфуций, - он в своём ученье практикует
Всё совершенство разума без всякой формы внешней,
О нём как о мудрейшем Поднебесная толкует.
К нему и я в ученики хочу пойти учиться,
И приведу с собой ещё всех жаждущих познанья».
- «Но как же с ним с ногой могло такое приключиться? –
Спросил Чан Цзи, - как смог добиться он такого знанья»?
- «Ты хочешь знать о том, как ему это удаётся?
Его мир внутренний настолько знанием богатый,
Когда небо обрушится, земля перевернётся,
Он не изменится, ни в чём не понесёт утрату.
Пробелов в знаньях нет, он не меняется с вещами.
Развитье со всем миром вещей всех в единстве знает,
Все знания о тьме вещей к нему приходят сами,
Он видит общее, но потери не замечает.
В гармонии с вещами странствуя, всем свойствам верит,
Поэтому, всё обобщив, он разумом отнёсся
К утрате как к комку земли своей ноги потери,
Давно он к небесам своим умом уже вознёсся».
- «Но если он самим собой привык так заниматься, -
Спросил Чан Цзи, - не обращая на людей вниманья,
То почему вокруг него люди спешат собраться,
Чтобы проникнуть вглубь его невидимых всех знаний»?
Сказал тот: «Неподвижное лишь форму сохраняет,
Обычно смотрят все на водной глади отраженье,
Когда вода спокойная и нет на ней движенья.
Она лицо наше поверхностью всей отражает.
Вещей влиянью неподвижное не поддаётся,
Всегда оно в себе свою структуру сохраняет,
Что не меняется в себе - собою остаётся,
Тот, кто имеет стержень внутренний, всех побеждает.
Притягивает Истина всегда к себе вниманье.
Зимой зелёной крона кедра и сосны хранится.
Мудрец, объединив в едином познанное знанье,
Не умирает, а способен в вечности продлиться».
51. О запредельности предельного
О ЗАПРЕДЕЛЬНОСТИ ПРЕДЕЛЬНОГО
В отличии от европейцев на Востоке философы занимались не поисками средств для благоустройства мира, а поисками возможностей проникновения в Истину. Конечно же, были и такие, особенно среди конфуцианцев, которые надевали на себя загадочную маску артиста, бегущего от толпы, чтобы погрузиться в свои дебри отягощённых моралью знаний. Они носили на головах круглые шапочки с кисточкой, олицетворяющие собой небо, а на ногах - квадратную обувь, как символ земли, имеющей четыре стороны света. Обычно они становились учёными-начётчиками, хорошо разбирающимися в разного рода комментариях многочисленных трудов великих мудрецов, и старались использовать свои знания для продвижения по службе и для обретения высокого общественного статуса. И среди них было много своего рода гениев, достигших признания, поэтов и неглубоких философов. Но истинными учёными и мыслителями на Востоке были всё же даосы. Им был чужд сам культ поверхностной духовности конфуцианцев, и их ум был сосредоточен на проникновении в Истину, вместо бесцельных путешествий, охоты за впечатлениями, поисков удовольствий и приключений, в которых растрачивали себя в любви и рискованных авантюрах эти так называемые псевдоучёные. Тщеславная человеческая натура всегда стремится отыграть своё поле в сфере общечеловеческой духовности, создавая свои привычные рамки рафинированного потребления жизни, утончённого культа удовольствий и стремления к поискам разнообразия. Может быть, на этом и держится в современном мире творческое искусство, распространяя всё ту же конфуцианскую пресловутую мораль в мире, и начисто забывая об истинной природной сущности человека, которую так высоко всегда ценили даосы. Именно конфуцианцы породили двойственность человеческой натуры, лицемерие и все болезни государства, плоды которых мы до сих пор пожинаем. И мне кажется, что чтобы вернуться к первоначалам, нам нужно посмотреть на мир взглядом даосов, чтобы проникнуть в запредельность предельного и очистить свою душу. Ведь преображение, о котором говорил нам, европейцам, ещё Иисус Христос, начинается с окончанием или смертью наших старых взглядов на мир, и обновленным видением мира в сиянии другого света. Ведь для того, чтобы посмотреть на мир другим взглядом, нужно вначале умереть в себе, чтоб заново родиться, преобразившись. Об этом и говорил Иисус Христос своим ученикам-апостолам.
Чжуанцзы о преображении говорил следующее: