ВНУТРИ И ВОВНЕ
Мудрец Шань Бао в царстве Лу жил на горе высокой,
Пил воду, лук ел, и всегда в себя был погружённым,
Он очень был доволен своей жизнью одинокой,
Как будто выглядел младенцем, только что рождённым.
Но на его беду голодный тигр с ним повстречался,
Убил его, сожрал, и в чащу сытый удалился.
Так в семь десятков лет его путь жизни оборвался,
В глуши тихо живя, даже мудрец не сохранился.
Другой мудрец Чжан И в том царстве занимал пост важный,
Но прост был в обращении, и не любил порядки,
К нему в настежь открытые врата зайти мог каждый,
Но в сорок лет он умер от болезни – лихорадки.
Шань Бао внутренним жил, занимался другим мало,
О внешнем не заботился своём, его сожрали.
Чжан И жил внешним, на внутреннее болезнь напала,
Жаль, оба отстающее своё не подгоняли.
Когда человек чувствует Ветер Вселенной и слышит голос Небесной Флейты, в нём просыпается интуиция самосохранения и он обретает нужное ему место в мире, он как бы постоянно возвращается назад к тому великому Ничто, вселенский гул которого открывает ему Истину. Его мировосприятие помещает его в промежуток между бытие и небытием, откуда он обозревает мир, и видит все его стороны. От этого же источника берёт своё начало интуиция человека. Чжуанцзы также, как и Конфуций, давал своим ученикам подобное наставление:
НАСТАВЛЕНЬЕ
Конфуций говорил, заканчивая обученье,
Всем тем, кто в жизнь самостоятельную отправлялся,
Чтобы никто из них не забывал его ученье,
И, стоя на своём пути, собою оставался.
- «Вам нужно, - он сказал, - не уходить и не таиться,
Ум упражнять ученьем, как вы делаете ныне,
Собой не красоваться, положеньем не гордиться,
А выситься, будто сухое древо посредине.
Кто три условия усвоит, тот достоин славы.
Не становитесь в жизни на опасную дорогу,
Свою судьбу не испытывайте ради забавы,
И не спешите тратить жизнь, живите понемногу.
Но главное – вы об опасности не забывайте.
Она - гость ваш не только в чрезвычайной обстановке,
На пир придёт к вам, поэтому предостерегайте
Во время трапезы всех возлежащих на циновке».
Даос в отличии от других философов обладает внутренним стержнем, который является его основой совершенства, который ему помогает выстоять во всех жизненных трудностях. Его внутренний мир помогает ему всегда сохраняться во внешнем мире. Об этом Чжуанцзы говорил так:
МИР ВНУТРИ СЕБЯ
Даос Юнь Цзян, имевший имя Облаков Гонитель,
По небу странствовал с потоком воздуха случайным,
Внизу увидел в море остров – тихую обитель,
А там Хунмэн шёл, прозванный Хаосом Безначальным.
Прогуливался тот, дорогой прыгая по-птичьи,
Похлопывал себя по бёдрам, как бы увлечённо,
Даос к нему спустился, поклонился для приличья.
- «Что, старец, делаете вы»? – спросил его смущённо.
- «Гуляю вот» - сказал тот, скачки птичьи продолжая,
- «Хочу задать вопрос я, - Юнь Цзян молвил удивлённо, -
То, что вы делаете, я совсем не понимаю».
Но тот скакал всё и думал о чём-то отвлечённо.
- «В эфире неба нет гармонии, - сказал, пытаясь
Начать с ним разговор, Юнь Цзян, - и нет нигде согласья
В шести явленьях природы. Но я вот собираюсь
Всё привести в гармонию и принести всем счастье».
- «Не знаю», - прыгая, сказал Хунмэн и отдалился,
Как птичка ускакал прочь, на вопросы не ответил.
Юнь Цзян продолжить с ним беседу больше не решился,
И лишь когда прошло три года, вновь его он встретил.
- «Меня вы помните»? – спросил он, дважды поклонившись,
- «Что знать могу я? – сказал тот, - я ничего не знаю,
Парю, не ведая зачем, несусь, в себе забывшись,
Чтоб наблюдать, как всё идёт, себя не утруждаю.
Ведь всё идёт своим путём – гармония простая.
Сокрыта суть в ней вся того, несказанного нами,
Зачем же спрашивать о том, всем людям подражая,
Творится в этом мире что - не выразить словами».
- «Я сам считаю, что несусь, но вот куда, не знаю:
Своим путём лечу иль под влияньем силы высшей,
Народ повсюду следует за мной, мне подражая,
Но слово слышать я хочу, ваш почитатель бывший».
- «Что прежние основы на земле все расшатались?
Что всех вещей характер развращается начальный?
Что свойства всех начал незавершёнными остались? –
Хотите слышать это, чтоб прибавилось печали?
Деревья, травы, кустарники засуха сжигает,
Всё дальше звери с животными от жилищ уходят,
Беда повсюду даже насекомых настигает,
А тех вина, кто порядки среди людей наводит».
- «Но что же делать? Как предотвратить беду такую»? –
Спросил даос, имевший имя Облаков Гонитель.
- «Всё вред, - сказал тот, - не окажешь помощь никакую,
Ничто не сделаешь, возвращайтесь в свою обитель».
- «Вы, равный Небу, - воскликнул Юнь Цзян, - одно лишь слово»!
- «Ах! – ахнул Безначальный Хаос, - сердце укрепляйте,
Что б вы не делали, всё в мире повторится снова,
Раз так, то лучше всего в Недеянье пребывайте.
Оставьте тело, форму и от слуха откажитесь,
Забудьте о вещах и людях, притупите зренье,
От тяжести в сердцах и разуме освободитесь.
С эфиром сущим слейтесь вы в великом единенье.
И став покойным, будьте телом неодушевлённым.
Тогда каждый из тьмы существ останется собою,
Вернётся вновь к своим корням, родившись обновлённым,
И, с хаосом смешавшись, общей станет он семьёю.
- «Теперь обрёл я то, - сказал тот, - что искал повсюду,
Я понял в мире всё, вашим безмолвьем просветился,
Вы ниспослали свойства мне, я благодарен чуду».
Даос, святому дважды поклонившись, удалился.
И ещё Чжуанцзы полагал, что главная цель нашей жизни в этом мире – это сама жизнь, которая постоянно нас совершенствует. Она сама подсказывает человеку, что нужно делать. Об этом Чжуанцзы говорил так: