ПОРАЖЕНИЕ ЦЕЛИ
Мудрец Лецзы у мастера стрельбы стрелять учился,
Цель поразив, просить у мастера стал указаний,
Спросил тот: «Знаешь, почему успеха ты добился»?
- «Не знаю». Тот сказал: «Ещё не овладел ты знаньем».
Лецзы потом ещё в стрельбе три года упражнялся,
В искусстве очень преуспел и к мастеру явился,
Спросил тот: «Знаешь, почему ты меткости добился»?
Лецзы ответил: «Да, три года суть постичь старался».
Стрелок сказал: «Знанье храни в себе, не забывая,
Как тайну существованья иль гибельной кончины,
Стрельбу не только, но себя и царство изучая,
Ведь познают не результат иль промах, а причины».
Обычно простые люди изучают какие-либо знания для того, чтобы извлечь определённую выгоду. Какую же выгоду извлекают даосы из своих знаний? О пользе и выгоде Лецзы говорит следующее:
ПОЛЬЗА И ВЫГОДА
Ян Хоу, учащийся, любил практичность и порядок,
Спросил Лецзы: «Имеют знанья ваши ли значенье?
Жемчужину нашёл я, семья обрела достаток,
Какая ж будет выгода от вашего ученья»?
Сказал тот: « И бандиты тоже выгоду ценили,
Ограбленных всех убивали, знанья презирали,
Когда попались, люди их безжалостно казнили,
Так и погибли, потому что ничего не знали.
Тот человек, который лишь о выгоде печётся,
Ест и о долге своём в жизни ничего не знает,
Тому подобен, кто бодается или дерётся
В стае зверей, что друг у друга пищу вырывают.
И те, кто уважаемыми в жизни быть стремятся,
Не перестав за корм в драке зверям уподобляться,
Те никогда в народе уваженья не достигнут,
Таких со временем опасность и позор настигнут».
Даос стоит за гранью пользы и выгоды. Он существует в жизни сам по себе, а вещи – сами по себе. Даос странствует в беспредельном, оставляя все вещи на своих местах, он их не использует в своих целях, также, как и вещи не используют его в своих целях. Поэтому вещи не боятся его и раскрываются ему, и поэтому он глубоко проникает в знание предмета и видит картину мира не фрагментарно, а целостно. От этого его учёность становится истинной, и он сам становится истинным учёным и исследователем. Погружая свой ум в изучение мира, даос попадает в сферы запредельного существования вещей. Только даоса можно считать истинным знатоком вещей. Чжуанцзы в своей притче о ложной учёности смеётся над потугами конфуцианцев снискать славу учёных мужей:
ЛОЖНАЯ УЧЁНОСТЬ
Даос Чжуанцзы с лусским царём увиделся однажды,
- «Здесь, в царстве, многие Конфуция ученья знают, -
Похвастал царь, - практикует его четвёртый каждый,
Но вот не слышал, что ваше ученье изучают».
- «Здесь, в царстве - возразил Чжуанцзы, - конфуцианцев мало,
Десятка видеть их - нет даже у меня надежды».
- «Но как же!? - сказал царь. - Вам посмотреть бы не мешало,
Здесь носит большинство конфуцианские одежды»!
- «Я слышал, ходят они в круглых головных уборах,
Как знак того, что все они знанья небес познали,
А обуви форму квадратную земли придали,
У них наперстья из нефрита для стрельбы в узорах,
Как знак, что все дела они немедленно решают.
Не верю, что ученье знают, если кто их спросит,
А вот мужи, которые ученьем обладают,
Я думаю, одежду тут подобную не носят.
Конечно, думаю, вы, государь, другого мненья,
Чтоб знать, кто из нас прав, вы объявите и проверьте:
“Одежду носит кто, не зная этого ученья,
Все будут тут же за обман приговорены к смерти”».
Такой указ для всех пять дней повсюду оглашали,
В другое жители переоделись сразу сами,
С тех пор носить одежду ту в том царстве перестали,
Один в одежде муж предстал пред царскими вратами.
Его к себе призвал царь и проверил знанья строго,
Но тот муж весь экзамен царский выдержал с успехом,
После экзамена спросил царя Чжуанцзы со смехом:
- «Один конфуцианец в царстве – разве это много»?!
Есть также разница в совершении путешествий конфуцианцами и даосами. Одни совершают путешествия по стране среди людей, другие предпочитают совершать свои путешествия в духовных сферах, довольствуясь своим двором или уединённым местом на природе. Даос считает, что ограниченное число внешних впечатлений заставляет острее улавливать внутреннее, проникать во внутренний смысл вещей. Даос видит ценность жизни в духовных путешествиях. Лецзы вначале тоже любил внешние путешествия, и на вопрос, что он видит в странствиях отвечал: «Радость странствия в том, что наслаждаешься отсутствием старого. Другие в странствиях наблюдают за тем, что изменяется». Собеседник Лецзы разубеждает его в том, что стремление к разнообразию внешних впечатлений и есть главная ценность в странствиях: «При истинных странствиях не ведают, куда направляются; при истинном наблюдении не ведают, на что смотрят. Все вещи странствуют, все твари наблюдают – вот то, что я называю странствием, вот то, что я называю наблюдением». И Лецзы понимает истинный смысл странствий, и до конца жизни не покидает дом. Но такое отношение к путешествиям необходимо считать не только во внешнем, но и во внутреннем мире человека. Только оставаясь дома, в самом себе, человек может сохранить своё природное начало, оставаясь самим собой, и не поддаваться внутренним изменениям под действием других вещей. Только сохраняя свой природное начало, способен легко выдерживать все испытания судьбы. Об этом и говорил Чжуанцзы в притче об испытаниях.