Чтоб будущее знать, прошедшее все познавали,
Закон природы в предвиденье этом заключался.
Одни цари народ и Поднебесную любили,
И став святыми, народа любовь приобретали,
Другие ненавидели народ и угнетали,
В конце их жизни же восставшие их погубили.
Кто меня любит, тот любим, достоин уваженья,
Кто ненавидит же, тот не любим, по меньшей мере,
Кто без ученья меру хочет знать и подтвержденье,
Сравним с тем, кто выходит в мир наш, но не через двери.
А также с тем сравним он, кто идёт не по дороге,
И разве может в жизни он полезного добиться?
Всю жизнь за будущее всех он проведёт в тревоге.
С ним в его смутной жизни может всякое случиться.
Когда в народе мудрецов речей не понимали,
Оказывалось часто, что сбивались все с дороги,
Бредя впотьмах, куда идти, не ведали, не знали,
В расцвете жизни иль упадка стоя на пороге».
То же самое и обстоит с продлением жизни и обретением долголетия и бессмертия. Человек, живя лишь одними чувствами, испытывая страх, радость, горе и прочие проявления деятельности своих семи земных душ «по», и забывая о своих трёх небесных душах «хунь», вряд ли может преобразиться и достигнуть бессмертия. На это намекал мудрец Ян Чжу в своих мыслях:
ЯВЛЕНЬЕ ЧУВСТВ
Исходит кто из выгоды, плодов тот достигает,
А кто - из недовольства, того беды настигают.
Так, изнутри проявленное – чувством называют,
Как и приятным внешний отклик не всегда бывает.
В народе с проявленьем чувств всегда бывало сложно,
Ян Чжу считал, что проявлять их нужно осторожно.
Даосский мудрец Лецзы говорил, что только следованием за своими небесными душами «хунь» можно обрести чувство предвидения.
О ПРЕДВИДЕНИИ
Когда Лецзы с Лесным Даосом начинал встречаться,
Желанье появилось вдруг предвиденью учиться,
Сказал тот: «Когда постигнешь, как позади держаться,
Поймёшь сразу, как впереди идти, чтоб сохраниться».
- «Хочу знать, как позади быть», - сказал тот с нетерпеньем,
- «Следи за тенью, чтоб не подвергать себя сомненью,
Сначала тенью стань, чтобы узнать, что есть движенье».
Лецзы взгляд повернул, чтоб наблюдать за своей тенью.
Когда сгибалось в поклоне тело, и тень сгибалась,
Та гибкость, ни от тени, а от тела исходила,
Когда он тело разгибал, и тень с ним выпрямлялась,
Увидев эту тень, Лецзы догадка осенила.
- «Я всё постиг! - воскликнул он. - Не мной явь создаётся!
Чтоб знать предвиденье, вниманью нужно отдаваться,
Ведь тень следит, как всё согнётся или разогнётся,
Держась всех позади, впереди можно оказаться».
Лецзы считал, что человек способен на грани жизни и смерти добиться невозможного, то есть превзойти себя, преодолеть всё возможное в его силах для того, чтобы обрести невозможное, как кажется многим, - своё бессмертие. Этому посвящена его речь о достижении предела.
ДОСТИЧЬ ПРЕДЕЛА
Пред тем как ослепленье видящего наступает,
Глаза способны рассмотреть сиянье звёзд высоких,
Пред тем как звуки слышащий слух в глухоте теряет,
Он различает в тишине иль шуме звук далёкий,
Пред тем как исчезают вкусовые ощущенья,
Язык понять способен в еде привкусов влиянье.
Нос отличает горенье от запаха гниенья,
Пред тем как полностью утрачивает обонянье.
Пред тем как тело после смерти окостеневает,
Оно бежит и все преграды преодолевает,
Пред тем как человек свой разум полностью теряет,
Он правду ото лжи во всех деталях отличает.
Причина в том, что, не достигнув своего предела,
Не переходят вещи в свою противоположность,
Когда в мире живёт и здравствует живое тело,
Оно способно преодолевать любую сложность.
Даос Ян Чжу, подобно Конфуцию, держался за жизнь, и слабо верил в достижение бессмертия, однако он всё же надеялся, что при определённых знаниях, бессмертие можно достичь. Известны его слова о жизни:
О ЖИЗНИ
Прожить сто лет – люди всегда сроком большим считали,
Из тысячи лишь одному прожить их удавалось,
До половины лишь многие в жизни доживали,
Ещё полжизни детством и старостью отнималось.
Сон ночью – половина от оставшегося срока,
Страданья, страх, мучения, что силы отнимают,
А также бодрствованье, проведённое без прока,
Печаль – ещё чуть ли не половину составляют.
В оставшееся же время найдётся ли мгновенье,
Когда был весел, беззаботен, человек, доволен.
Зачем же человеку жить без счастья наслажденья,
Когда он, как в жизни поступать хочется - не волен?!
Наскучит быстро, если наслаждаться непрестанно.
И даже слушать музыку всю жизнь надоедает.
Нельзя жить красотой и пиршествами постоянно,
От такой жизни быстро пресыщенье наступает.
И тут опять запреты, наказанья возникают,
Или награды, призывы к чему-то, убежденья,
То с помощью законов нас к чему-нибудь толкают,
То стимулируют наградой к славе устремленья.
Спешат все люди за пустой миг славы состязаться,
В плену же истины иль ложности своих желаний,
Чтобы с избытком после смерти славой наслаждаться,
И самолюбье тешить иллюзий домоганьем.
Так упуская возможность всех высших наслаждений,
Своею неспособностью беспечности отдаться,
Из-за своих к обману миражей пустых стремлений,
Чем сможем мы от пленника в оковах отличаться?
В далёкой древности люди прекрасно понимали,
Что жизнь скоро пройдёт, согласно истинности знаний,
Поэтому, живя, веленье сердца принимали,
Не шли всю жизнь против своих естественных желаний.
Все планы осуществляли по своему лишь нраву,
Без спешки жили, их не настигали наказанья,
Не избегали наслаждений, помнили желанья,
Не знали, сколько проживут, и обретут ли славу.
Лецзы полагал, что только Высшие знания даосов могут изменить жизнь человека и помочь ему осуществить своё желание в достижении бессмертия, о чём говорится в рассказе, как легендарный жёлтый предок Хуанди со свитой в семьдесят дворцовых дам и министров взмыл в небесную высь на глазах толпы народа и на волшебной колеснице исчез в облаках. Об этих Высших знаниях он говорил следующее: