Камилла почувствовала, что краснеет.
Она любила своего брата. Отец никогда не проявлял настоящего интереса к жизни своих детей, так что Тан скоро стал для Камиллы вторым отцом и иногда вмешивался в ее жизнь, как ему казалось, из лучших побуждений.
— Ладно, Ноа, — любезно улыбнулась Камилла. — Можешь отдать этот подарок Итану лично в руки. Я тебе позвоню, когда будет удобно. На этой неделе у меня много дел, но можно встретиться на следующей.
— Чем скорее, тем лучше, если такое возможно. Я бы хотел покончить с этим делом и исполнить обещание, которое дал твоему брату.
— Конечно. Хочешь поскорее вернуться к себе на ранчо?
— Даже не представляешь насколько сильно. Последний раз я был там два года назад, когда приезжал в увольнительную. Камилла, жаль, что ты ни разу не согласилась съездить туда со мной. Там так красиво.
— Ноа, — поежилась она, — я ведь говорила тебе. Я бывала на ранчо своих дедушки и бабушки, и там было не красиво, а страшно, и туда заползали змеи. Меня даже укусила одна, к счастью, не ядовитая. Дед тратил все свое время и деньги на азартные игры и плевать хотел на ранчо. Да и на своих внуков тоже. Я ненавидела это место, и после смерти бабушки дедушка пустил все на самотек. Дом стал темным и мрачным. Я рассказывала тебе, что там зимой в пруду утонул мой младший брат, Уинстон. Я тоже там была и тоже провалилась под лед, и эта ледяная вода еще пару лет мучила меня в ночных кошмарах.
— Я слышал эту историю и от Тана. Но это не значит, что все ранчо мрачные и опасные.
— Не стану спорить.
— Наконец ты хоть в чем‑то согласилась со мной, — слабо улыбнулся Ноа.
— Может, мне действительно следовало поехать к тебе на ранчо, когда мы встречались, а тебе пойти на оперу со мной, — вздохнула Камилла.
— Что‑то я не помню, чтобы меня приглашали в оперу.
— Ты все равно не пошел бы.
— Камилла, тебе следовало спросить. — И снова едва заметная улыбка тронула уголки его губ. — Теперь ты никогда не узнаешь, согласился бы я или отказался.
Камилла никогда в жизни не встречала таких ярко‑синих пленительных глаз, как у Ноа, взгляд которых завораживал ее, и она стояла, затаив дыхание и не в силах пошевелиться.
— Увидимся на следующей неделе, — буркнул он и на секунду задержал на ней свой взгляд.
Камилла могла просто потянуться к нему и втащить обратно в свою жизнь. Эта мысль показалась ей такой пугающей, что она тут же сделала шаг назад. Может, Ноа даже не захотел бы вернуться к ней, и она сама не желала, чтобы он возвращался. Он ничуть не изменился и все так же любил покомандовать. Совсем как Тан. Брат явно хотел, чтобы она снова сошлась с Ноа, иначе никогда бы не взял с того обещание передать подарок лично Итану в руки.
— Я позвоню перед тем, как заехать к тебе, — добавил Ноа, не двигаясь с места.
— Обязательно. У меня расписание меняется каждую неделю. И у меня полно работы.
— Камилла, ты отлично выглядишь, — вдруг сипло сказал он, и ее сердце опять пустилось вскачь. Ноа быстро окинул ее взглядом с головы до ног, а потом снова посмотрел в глаза, отчего она внутренне затрепетала. С таким же успехом он мог пробежаться по ее телу своими пальцами.
— Спасибо. Ты тоже, — чуть ли не шепотом ответила Камилла.
— Не понимаю, как ты могла влюбиться в меня, зная с самого первого дня, что я собой представляю и какой образ жизни мне по душе, — почти сердито бросил он.
— О, думаю, тебе прекрасно известно, почему я влюбилась в тебя, — тоже разозлилась Камилла. Ее обуревали эмоции, боль и ярость, и в то же время ее безудержно тянуло к нему.
Она поднялась на цыпочки, обвила рукой его шею и медленно провела языком по его губам. Ноа тут же открыл рот, крепко обхватил ее за талию и притянул к себе, жадно набросившись на ее губы и переплетая свой язык с ее языком. Его поцелуй был таким страстным, что у нее закружилась голова, и она застонала от удовольствия, мгновенно позабыв о том, насколько они разные люди.
Но тут Ноа резко разжал руки и выпустил ее из своих объятий. Они оба стояли и тяжело дышали, уставившись друг на друга.
— Что ж, я знал, что должна быть какая‑то причина, по которой я тебе нравлюсь. Тут ничего не изменилось. Только я иду в полном комплекте, как любитель покомандовать, владелец ранчо, ковбой, участник родео и пилот. — Он мрачно взглянул на нее и развернулся к двери. — Мне нужно идти.