К мальчику и прежде по ночам приходил сон, по-детски простой, незамысловатый, страшный по содержанию, который неизменно заканчивался падением с высокой скалы, находившейся, казалось, прямо за их окнами, и теперь тот снился ему постоянно. Как-то осмыслить его Гена, конечно, не мог, и жестокий ужас падения в неизвестность укоренился в детском сердечке. Однажды он попытался пересказать сон матери, но вышел бессвязный детский лепет, который она, тем не менее, выслушала, кружась с кастрюлями на кухне, готовя обед сыну, сидящему рядом за столом на табуретке, но ничего не поняла, ответив лишь: «Не выдумывай глупостей», – после чего мальчик затаился и никогда более о нём никому не рассказывал. В Гене будто что-то сломалось, внутренний механизм работал не так, как было задумано, из-за чего время от времени стал давать сбои. В итоге наказание всё-таки отменили, или истёк его срок, мальчик этого не знал, детская пора спасла психику ребёнка, он стал по-прежнему весел, немного задирист, однако переживания той холодной зимы и унылой весны запомнил на всю жизнь.