Присутствующие нервно переглядывались, строя догадки, касавшиеся, впрочем, не столько причин прибытия в Новочеркасск столичного литератора, сколько того, как этот визит может отразиться на их личном положении.
За широким и длинным столом сидели все руководство завода и представители общественных организаций. Не забыли призвать к совету даже мать-героиню Абрамову, славившуюся среди заводских рабочих и представителей инженерных служб не только количеством детишек и неохватным материнским бюстом, но и своей непроходимой тупостью.
— Остается только гадать! — веско заключил Петухов, так и не дождавшись реакции собравшихся.
— Меня интересует, — подал голос главный инженер, — почему о приезде он не предупредил заранее? Мы могли бы организовать встречу, устроить номер люкс в гостинице.
— Это-то и подозрительно! — кивнул начальник ОТК.
— Он сказал, что интересуется жизнью и бытом простых заводчан, — сообщил Петухов, — хочет, знаш-кать, познакомиться с молодыми рабочими, побродить по цехам и территории завода…
— Может, сослаться на то, что у нас закрытый объект, и послать его куда подальше? — предложил вохровец.
Все загалдели.
— А если он в Москву пожалуется?
— А вдруг — прямо в министерство?
— Забирай выше. В ЦК может пойти!
— Может, ему надо охоту организовать и вообще досуг, а?
— Предлагаю приставить к нему кого-нибудь из комсомольской организации… вроде как в качестве экскурсовода! Чтоб следить удобнее было!
— А если догадается?
— Мы скажем: обычай, местное гостеприимство!
— А я думаю, его в детский сад-ясли надо сводить, — невпопад предложила мать-героиня Абрамова. — Пусть поглядит-порадуется, как мы о своих детишках заботимся!
Все посмотрели на нее, как смотрят на тяжело и неизлечимо больного.
— Очень ему надо детские горшки разглядывать!
Директор товарищ Петухов внимательно выслушивал речи жарко спорящих подчиненных. На душе его было неспокойно. Когда на завод приезжала очередная комиссия, он знал, как действовать: культурная программа, сытный обед, посещение цехов по тщательно составленному маршруту, исключающему возможность посетителей заглянуть, куда не надо, плюс общение с передовиками производства. Члены комиссий всегда оставались довольны, — а что еще требуется!
Однако вкрадчивый писака из Москвы, который нынче днем решительно распахнул дверь директорской приемной, — он был неожиданностью, а неожиданности, как известно, в жизни директора крупного промышленного предприятия бывают только крайне неприятными.
Товарищ Петухов изобразил занятость и предельное дружелюбие. Хотите гулять по территории завода, знакомиться с жизнью рабочего класса? Пожалуйста! Хотите заглядывать в дальние закоулки цехов и присутствовать на собраниях коллектива? Милости просим. Желаете общаться с рядовыми рабочими предприятия? Всегда рады.
В разговоре товарищ Петухов не преминул ввернуть несколько неназойливых цитат из последних партийных документов и, казалось, оставил о себе в сознании гостя весьма лестное впечатление.
Впрочем, кто их, столичных прохвостов, разберет, что там у них на уме!
— А что, если организовать банкет? — предложил комсорг Милютенков, до этой минуты отсиживавшийся в своем уголке и лихорадочно соображавший, как бы замять казус с опозданием. — Устроим какую-нибудь крупную дату в жизни завода. Столько-то лет с момента закладки первого кирпича. Столько-то месяцев со дня пуска конвейера. Или еще что-нибудь в этом роде. Пригласим этого писателя как бы для ознакомления с досугом предприятия. Он, конечно, наберется под завязку — и сам все выболтает: зачем приехал, почему!
— А если не наберется? — полюбопытствовал кто-то.
— Куда ж денется!
— Вы, комсомольские активисты, всех по себе судите.
— В принципе предложение дельное, — пожевав губами, заявил директор товарищ Петухов. — Мы, знаш-кать, таким образом сразу трех зайцев убить сможем. Во-первых, проведем культурное мероприятие, и это нам зачтется, когда потребуется. Во-вторых, попробуем расколоть московского писаку, чего ему от нас надо. В-третьих, он же нам еще за это спасибо скажет, потому что будет о чем в книжке писать.
— Надо выбрать ответственного! — предложила председатель месткома, которая больше всего на свете любила, когда ее выбирали.
— Комсомол предложил, пусть комсомол и отвечает, — сказал, к разочарованию председателя месткома, Петухов. — Это, знаш-кать, поручение особой степени важности, здесь нужна молодая энергия и задор. Надо решить, что именно празднуем, — и, как говорится, вперед и с песней!