Его же сердце бьется размеренно, прямо под моей ладонью, которой я упираюсь в каменную грудь.
– Андрей, – тихо выдавливаю, видя, как вспыхивают голодом серые омуты, – у тебя нет права так обращаться со мной. Ты разрушил всё, что было. Сам.
Проговаривая это, окунаюсь в болезненные воспоминания из прошлого, которые действуют на меня как ушат холодной воды.
В горле появляется сухое давление. Глаза застилает влага, и я моргаю, чтобы восстановить фокусировку зрения.
Замечаю, как под моей рукой напрягаются литые мышцы. Взгляд мужчины становится серьёзным и собранным.
– Тебе придётся перекроить своё отношение ко всему этому, малышка, – произносит тихо, но твёрдо. – Я не мог в тот момент поступить иначе. Так было надо.
От его слов на моём лице растягивается кривая улыбка, полная сарказма и боли. С ресниц срываются две влажные дорожки, а с губ ядовитый шёпот:
– Мне было хорошо без тебя, моя жизнь наладилась, и я была счастлива, – вру, не моргнув глазом, – А ты своим появлением рушишь всё, что мне дорого. Снова.
Выдаю эту тираду скороговоркой прямо в его губы, не отводя взгляд.
Хочу, чтобы он понял, насколько ранил меня и где-то на подсознании эгоистично желаю причинить ему такую же боль. Чтобы ощутил все те убивающие эмоции, которые по его милости мне пришлось испытать. И которые два года назад превратили меня в пепел. Уничтожили и раскрошили мою душу на мелкие кусочки.
Моя обида никогда не исчезнет. И мне реально плевать на все оправдания с его стороны. Пускай оставит их при себе.
– Я бы с удовольствием отпустил тебя, – произносит, вытирая с моих щёк следы от слёз, – но это невозможно. У тебя не будет другой жизни, кроме как со мной. Прими эту информацию к сведению и свыкнись с ней.
Говорит со мной, словно с глупым ребёнком. Давит своим назидательным тоном, доводя тем самым до бешеного исступления.
– Найди себе другую! – шиплю яростно.
– Не хочу, – отвечает, равнодушно пожимая плечами.
А меня просто разрывает от его этого мерного голоса. У меня практически истерика, а он само спокойствие и невозмутимость.
Сухарь! Бесчувственный мужлан!
Резко отпускает из своей хватки, и я отскакиваю от него как от огня.
Раздуваясь от гнева, разворачиваюсь на пятках и стремительно шагаю в детскую. А оказавшись за деревянной дверью, сползаю по ней спиной, подавляя всхлипы.
Не вижу в сложившейся ситуации никакого выхода. Я снова попадаю под тотальный контроль этого человека и понимаю, что рано или поздно его темнота опять поглотит меня. Сделает зависимой и беспомощной.
Жалкая марионетка. Вот кем я себя сейчас чувствую.
* * *
Когда Андрюша просыпается, принимаю решение выйти с ним на прогулку в пределах придомовой территории.
Покидать детскую комнату совсем не хочется, но сыну необходим свежий воздух. Да и мне не помешает немного проветрить мозг, который забит тревожными мыслями о будущем.
Выйдя из дома, оглядываюсь, опасаясь снова пересечься с Романовым. Но на пути встречаю лишь нескольких охранников, к которым за прошедшую неделю я уже привыкла.
На улице прекрасная погода, светит солнце, и настроение у меня становится в разы лучше.
Отвлекаюсь на общение с сыном, и меня это умиротворяет.
Мой мальчик – чудо. Одной лишь своей искренней и чистой улыбкой может прогнать все плохие мысли из головы.
Серебристые глазки блестят интересом к этому миру, непосредственностью и любовью ко мне.
Смотрю на него, и в груди загорается теплый комок счастья, который греет изнутри, делая меня сильнее и смелее.
Малыш бежит ко мне навстречу, заливисто смеясь, а я в это мгновение забываю, где я и при каких обстоятельствах попала сюда. Все волнения уходят на второй план. Вместо них есть только мой сынок. Моя радость. Мой смысл.
Ловлю его в свои объятия и кружу над землей, наслаждаясь моментом. Хохочу вместе с ним, на ходу целуя мягкие сладкие щёчки. Сейчас мне плевать, что творится в этом большом непонятном мире. У меня есть свой. Маленький, добрый, верящий в чудеса.
Не хочу, чтобы его когда-нибудь коснулось то, чем занимается его отец. Эта жестокая сторона жизни должна обойти моего светлого мальчика стороной. И я готова приложить к этому максимум усилий.
Думая об этом, ловлю взглядом одного из охранников, проходящего мимо, и окрикиваю его.
Иван Котляров – оказался самым общительным из всех мордоворотов, которые отвечают за безопасность этого места. В сравнении с другими он достаточно дружелюбный и создаёт впечатление хорошего парня.