Меня трясёт, из глаз текут противоречивые слёзы, но я отвечаю. Отвечаю так же агрессивно и жадно.
Эмоции обнажаются, спрятанные чувства выходят на поверхность. Не принадлежу сама себе. Полностью растворяюсь в нём, как когда-то раньше.
Наш поцелуй пропитан сумасшествием, агонией и моими слезами.
Я не хочу, чтобы это прекращалось! Хочу, чтобы всегда было вот так. До искр. До дрожи. До дна. С ним.
Когда понимаю, что это всё невозможно, с силой толкаю его в грудь, прерывая поцелуй.
Встречаюсь с ошалевшим от возбуждения взглядом Романова и осознаю, что сама сейчас горю от дикого желания близости с ним.
Моё тело требует секса с этим мужчиной. Прямо здесь и сейчас. На его чертовом столе!
Андрей, тяжело дыша, наблюдает за мной, не мигая. Кажется, что в любую секунду он сорвётся и накинется на меня снова. И тогда не будет мне пощады.
Начинаю быстро пятиться к двери, когда разум потихоньку возвращается в трезвое состояние и велит мне убираться отсюда, пока не стало поздно.
Гонимая такими мыслями, вываливаюсь из кабинета, и мой мозг выдаёт единственную цель.
Бежать! Без оглядки и как можно быстрее!
Завтра я это сделаю, не раздумывая. Потому что потом просто не смогу. Не захочу.
* * *
Утром следующего дня практически все события складываются в мою пользу.
Романов покидает дом до моего отъезда и, как я понимаю, он совсем не против того, что Андрюшу я собираюсь взять с собой.
Как и было решено ранее – в сопровождение мне дают Котлярова, который сегодня мрачный и совсем неразговорчивый. Что совсем не радует.
А ещё меня не радует, что за нами едет ещё один джип с четырьмя мордоворотами, присутствие которых порядком усложнит воплощение моего плана в жизнь. Но паниковать раньше времени я не намерена. Отступать некуда. Да и незачем. Всё пройдёт идеально. Я верю в это.
Когда въезжаем на парковку торгового центра, Иван поворачивается ко мне с переднего пассажирского и даёт инструктаж:
– Светлана, попрошу вас всегда находиться в поле моего зрения. Никаких лишних телодвижений. Пожалуйста.
Последние слова явно не входят в устав общения охранника и объекта охраны. Но Котляров будто чувствует, что я могу выкинуть что-нибудь из ряда вон. И правильно чувствует. Выкину. Обязательно.
Выбираюсь из машины и усаживаю сына в коляску. В мои планы не входит делать какие-то поползновения к побегу в ближайшие пару часов.
Пускай приставленный ко мне конвой расслабится и немного сбавит бдительность. Да и я немного осмотрюсь.
В данном торговом центре мне ещё не приходилось бывать. Поэтому в течение примерно часа я расхаживаю по отделам, попутно изучая план здания.
Котляров повсюду следует за мной, и это раздражает безумно. Но самое ужасное, что те громилы, которые притащились с нами, постоянно рассредотачиваются в ближайшем периметре от меня! И я уже неслабо нервничаю от такого их активного сопровождения.
Немного поразмыслив, начинаю покупать вещи, практически не глядя.
Хватаю всё, что попадается под руку и без зазрения совести рассчитываюсь кредиткой, любезно предоставленной мне Романовым. При этом удовлетворенно замечаю, как постепенно руки всех четверых амбалов заполняются объёмными пакетами и коробками.
– Светлана, – слышу голос Ивана, пока рассчитываюсь на кассе за очередной ворох пакетов. – Андрей Владимирович интересуется... Сколько ещё вам понадобится времени?
Вижу, что он держит мобильник возле уха, и намерено громко отвечаю:
– Передайте Андрею Владимировичу, что я только начала опустошать его счёт. У нас впереди ещё целый день. Куда торопиться? Кстати, мы ведь ещё не были в отделе нижнего белья, Иван! – восклицаю, хлопая глазами. – Пойдёмте же скорее!
Вручаю ему пакеты с тряпьём, замечая, как бледнеет его лицо, когда он выслушивает речь своего босса по телефону.
– Да, я понял, – отвечает, нервно оттягивая ворот рубашки. – Не вестись на провокации и не смотреть. Будет сделано.
Улавливаю это краем уха и злорадно улыбаюсь.
Всё–таки бесить Романова – это прям моё.
Но не нужно забывать, ради чего я сюда выбралась...
Следуя к отделу нижнего белья, оцениваю общую обстановку.
Несмотря на загруженность моими покупками, громилы продолжают действовать по инструкции. Идут поодаль спереди и сзади. Исполнительные какие, черт бы их побрал!