После полудня подул попутный ветер, и галеры еще быстрее заскользили по спокойной водной глади. Гребцы убрали весла, задраив гребные порты специальными кожаными пластырями.
Гордеев оторвал свой взгляд от идущих впереди судов. В своей прежней жизни, он часто пересекал не только различные моря, но и даже океан, но это было на комфортабельных судах. Оказаться на древнем, хоть и прочном, на вид, судне посреди океана, ему еще не доводилось. Из спасательных средств на галере были лишь две шлюпки, укрепленные по обоим бортам одна ближе к носу, другая около кормы. В случаи крушения, их было явно не достаточно, чтобы спасти даже экипаж, не говоря уже о рабах, которых вообще не считали за людей.
Ветер наполнял прямоугольные паруса, на мачтах судов, от чего они развивали скорость в несколько узлов.
Вначале греческие суда осторожно пробирались вдоль скалистых берегов, изредка уходя в открытое море. Сейчас в этих водах было не спокойно. Прибрежные государства не могли поделить влияние на Средиземном море. Каждый хотел оторвать кусок пожирнее. Берега, видневшиеся справа по борту, принадлежали Коннийскому султанату. Государство, родоначальник будущей Турецкой империи, сейчас находился в упадке. Их все чаще беспокоили бесконечными набегами монгольские отряды. Но, стараниями султана, который согласился выплачивать монгольским ханам дань, до полномасштабного вторжения дело не доходило. Хотя на суше у султаната дела шли не шатко не валко, на море у него продолжал оставаться конкурентоспособный флот. Другим врагом была опорная база Крестоносцев на Средиземноморье, остров Кипр, уже более века принадлежащий Англии. Обосновавшись на острове, крестоносцы ни в какую не желаю пропускать мимо себя торговые суда, без уплаты пошлины. Но оплату они запросили такую, что торговцам было проще нанять корабли охранения, чем платить зарвавшимся Европейцам. Не стоило сбрасывать со счетов и Египтян. Это конечно было не то мощное государство, но и их флот не брезговал разбоем. В данный момент на море сохранялось шаткое перемирие, грозящее перерасти в полномасштабные боевые действия.
Пользуясь неразберихой, на сцену не редко выходили и пираты, которых в этих водах развелось как грязи, превеликое множество. Средиземноморские корсары имели в своем распоряжение более совершенные суда, оснащенные латинским парусами. Этот косой парус, прикрепленный верхней шкаториной к наклонной рейке, нижний конец, которого доходит до палубы. Он был расположен как бы «вдоль» ветра. Движущая сила возникала за счет разности давлений между вогнутой и выпуклой частью, – так же, как и подъемная сила самолетного крыла. Такой парус позволял судну идти круто к ветру зигзагами, меняя галсы. Это давало морским разбойникам преимущество перед прямоугольными парусами, имеющимися у гребных судов.
Парусное вооружение пиратских кораблей состояло из трех матч. Передние мачты несли прямые паруса, задние, латинские. Отказавшись от гребцов, эти суда получили возможность увеличить объемность и вместительность трюмов, расположенных в несколько ярусов. Появились кормовые надстройки, в которых размещались жилые помещения. Эти более совершенные корабли, в отличие от гребных судов, могли ловить ветер, даже очень слабый или встречный, и легко уходили от преследователей. Тем временем от них не могло уйти не одно судно. Пираты, как шакалы преследовали свою добычу, пытавшуюся оторваться на гребном ходе. Но человеческий ресурс был не безграничен. Когда гребцы выбивались из сил, пиратское судно сближалось и, используя превосходство в размерах, брало свою жертву на абордаж.
Облокотившись на ограждения бортов, Гордеев с интересом разглядывал корабли сопровождения. Это были три триеры. Эти, хищного вида, суда, доходившие в длину около сорока двух метров, имели три яруса весел. У них было по две мачты, оснащенные одним прямым парусом. Триеры имели усиленную палубу, на которой размещались метательные орудия и таран, установленный спереди под носовой частью. На охранение возлагалась задача вступать в бой с любым противником и дать возможность торговцам оторваться от погони. Даже на довольно значительном расстоянии Дмитрий видел расхаживавших по палубам, защищенным круглыми щитами, солдат.
Ближе к вечеру капитан торгового судна, на котором плыли русичи, стал проявлять беспокойство. Он все чаще поглядывал на горизонт, где над морем вырастала подозрительная туча. Воздух стал заметно свежеть. Волнение усилилось. Ветер, так плавно дувший в нужном направлении, в одночасье стал резким и порывистым, изменив направление.