Шамус потрясенно смотрел, как ремесленники начали радостно собирать вещи в сумки, сминая броню в шары, чтобы она уместилась.
— Они будут потом ползти из-за этого.
Краска Гвен исказилась от улыбки.
— У моих воинов место закончится раньше сил.
Среди них не было целителя, но один из рыбаков знал о травах и смог зашить рану Тельреда. Хуже всего был порез на лице, но после пары кружек пиратского грога Тельред ничего не чувствовал.
— Помнишь Зеленокровь? — сказал он невнятно.
Лисандр тоже выпил, чтобы поддержать. Он издал смешок.
— Конечно! Мы неделями искали путь через те острова. В их середине должны были скрываться горы золота.
— Даже песчинки блестящей не видел, — пожаловался Тельред. Он опустил голову, и игла рыбака слетела с нити.
— Хватит ерзать, — проворчал он, зашивая дальше.
— Но мы нашли кое-что лучше, да? — улыбнулся Лисандр.
Джонатан быстро настоял, что два человека в поддержке лучше одного, выпил из кружки и спросил с интересом:
— Что же?
— Самый большой погреб! Полки темных пыльных бутылок, ждущих нас, — Тельред махнул рукой, покачнулся и порвал нить.
Рыбак выругался и поправил его.
— Если он хочет нормальный шов, пусть замрет.
— Это заживет, я уверен, — нетерпеливо махнул рукой Лисандр. Он глупо улыбнулся кузену, — скажи ему, что мы с этим сделали, Ред.
— Сунули бутылки в штаны и карманы плащей, схватили еще и в руки и бежали как бешеные.
— Что? — Джонатан встревожился сильнее, чем когда висел вверх ногами. — Вы бросили остальное? Почему не набили корабль?
Тельред склонился для ответа, чуть снова не порвав нить. Но он помрачнел и повернулся к Лисандру, хмурясь в смятении.
— Да, почему?
Капитан уже готов был лопнуть. Он улыбался, почти смеясь. Он прижал ладонь ко рту и громко прошептал:
— Ты был в тюрьме.
— Я был в тюрьме, — сказал Тельред Джонатану. Он не заметил, что нить порвалась, и рыбак шлепнул его по лицу.
Джонатан вскинул брови.
— Да? За что?
— За отношения с дочерью распорядителя. Он не был рад, обнаружив ее с пиратом… запер его и поклялся передать Реджинальду утром для быстрой казни.
— Это ты был виноват, — Тельред указал на Лисандра. — Ты половину ночи преследовал ту женщину.
— Да, но ты ее поймал, — подмигнул Лисандр.
Тельред нахмурился, но словно не знал, стоит ли злиться.
— Она сама на меня бросилась.
— Женщины любят его, — громко прошептал Лисандр. — Наверное, за хмурый вид. Я никогда не пойму.
— Это загадка, друг. Думаю, и твердая челюсть помогает делу, — Джонатан ущипнул Тельреда за щеку. Тот попытался отбить руку скрипача, а попал по рыбаку.
— Если я еще раз предупрежу…
— Если бы я ее не поймал, она упала бы с крыши! — Тельред перебил рыбака.
— С крыши? — Джонатан пошевелил бровями. — Звезды, летний ветер. Не знаю, друг, это звучит ужасно романтично.
Тельред бросился к нему.
— Это не было роман…!
— Хватит! Я не мгу так ничего делать, — рыбак толкнул его и щелкнул пальцами проходящей дикарке. — Можешь подержать его? Пусть его голова не двигается.
Рыжие волосы дикарки были заплетены в короткую косу, от краски казалось, что ее лицо растерзал монстр. Она замерла и посмотрела на Тельреда.
— Ладно, — сказала она.
Хотя он бормотал протесты, дикарка села за ним и притянула к своей груди. Она держала ладонь под его подбородком, а другую запустила в волосы.
— Не нужно нежничать, — проворчал он.
Она улыбнулась от его хмурого вида.
— Это не нежность. Так держат мужчину, когда хотят перерезать ему горло, — ее палец провел по его шее. — Видишь? Вот так.
Тельред нахмурился.
— Только попробуй, и я тебя зарежу, хищница.
Она рассмеялась… и прижала его крепче.
Джонатан смотре на них поверх кружки. Он губами спросил у Лисандра, в чем дело.
— Магия, — он улыбнулся и покачал головой. — Чистая магия.
Гвен появилась неподалеку. Она посмотрела на дикарку.
— Даже не думаю, Лидия. Он уже достаточно пострадал.
— Да, глава, — пробубнила она.
— Я пройду вокруг деревни, — сказала Гвен, пронзив Лидию взглядом. — Дикари должны вести себя подобающе, пока меня нет, иначе я побью их, когда вернусь.
— Можно с тобой? — сказал Шамус, встав. — Ноги нужно размять. Затекли.
Она вскинула брови, но быстро, и он не был уверен, что ему не показалось. Она нахмурилась.
— Ладно.
Она пошла к лесу за деревней. Гвен шла, словно камни были вшиты в подошву ее сапог, они стучали так громко, что люди в нескольких шагах от нее расходились, словно она была за ними.