Она пискнула и закрыла глаза, выстрелив. Сверху прозвучал взрыв. Дракон взревел, стрела взорвалась у его груди, оставив кровоточащий ожог над сердцем. Он проглотил огонь и улетел в панике от нового выстрела Аэрилин.
Ветки посыпались на них, крылья дракона ударили по деревьям. Сайлас в панике слетел с дерева, стал человеком, как только его лапы коснулись земли. Его сияющие глаза смотрели на разорванную верхушку дерева.
Гвен пропала.
— Тебя убьют, глупый человек! — взревел он.
Шамус смотрел на сломанные ветви.
— Она еще не мертва?
— Нет, она прыгнула на его крыло, — ответила Лидия. Она чуть не согнулась, ее лицо покраснело от смеха. — О, дракона невероятно изобьют!
— И что смешного? — рявкнула Аэрилин. Ее щеки были красными, она удерживала поводья Смельчака, которому не нравилась близость дракона. — Вам повезло, что его легко спугнуть. Иначе мы были бы пеплом!
Сайлас не переживал, что станет пеплом. Он бежал к краю леса за драконом.
— Он забрал ее за стены в логово короля. Быстрее, дикие! — он безумно размахивал руками. — Идите к вратам, ломайте двери. Вы нужны ей!
Они последовали за ним со свистом и воем.
— Думаю, нам лучше проследить, чтобы они не наделали глупостей, — проворчала Аэрилин, поджав губы. Она повернулась и вскинула бровь, глядя на застывшего Лисандра. — Что?
— Это… ты была… — он не смог выдавить слова.
Она покраснела, но в этот раз по другой причине.
— Закройте рот, капитан. Есть работа.
Он смотрел ей вслед, она умчалась. Тельреду пришлось созывать пиратов:
— К вратам! Скорее, псы.
— Великаны, — рявкнул Бренд, взмахнув косой. — Готовьтесь. Впереди бой.
Они пошли за пиратами, добавляя гула их шагам.
Моты пытались пойти с ними, но Бренд остановил их.
— Нет, это сражение — не место для крох…
— Ты не можешь нас прогнать, — возмутилась Надин. Даже на носочках она едва доставала до пояса Бренда. Но она говорила с огнем в глазах. — Это и наш бой. Мы тоже далеко прошли. Мы хотим сыграть роль!
Бренд покачал головой, когда они стукнули копьями.
— У вас будет роль — пока мы рубим головы, вы будете следить, чтобы генералу не навредили. Он будет беспомощен без тебя, — добавил Бренд, подавив взглядом возражения Надин.
Он сжимала губы, глаза пылали, пока она смотрела на него. Она скрестила руки, пока остальные уходили к стене. Когда они ушли, она позвала мотов.
— Мы не будем оставаться тут во время боя. Идите, — она направила часть воинов к Деклану, лежащему на спальном мешке. — Развяжите его узлы.
Пока они работали, она порылась в сумке одного из пиратов и нашла бутылку зеленого грога.
— Найдите больше этого, — сказала она остальным. — Они в сумках с солью.
Когда они сделали это, Надин подобралась к Деклану. Он был связан как зверь — лодыжки и запястья были связаны вместе, чтобы он мог лишь нетерпеливо раскачиваться, когда она подошла. Тьма покидала его глаза. Он смотрел, не мигая, на замок, пока Надин не коснулась его лица.
— Я знаю, твои великаны пытаются защитить тебя… но я знаю, что ты не хочешь тут лежать, пока все сражаются. Как только откроются врата, они затеряются в сражении. И мы проникнем незаметно. Если хочешь с нами, тебе нужно выпить, она прижала бутылку к его губам. — Моты не смогут остановить твое безумие.
Деклан сморщил нос от запаха из бутылки. Но потом он вздохнул.
— Хорошо. Только влей быстрее, ладно? Клянусь, эта гадость сворачивается у меня на языке.
ГЛАВА 51
Разбитое сердце
В Срединах ориентироваться было сложнее, чем Элена представляла. Темные коридоры сплетались в лабиринт камня. Они пересекались с комнатами в неожиданный местах, многие коридоры резко заканчивались. Окон было мало, и Элена могла выглядывать в них раз в несколько минут
Она знала лишь, что они ходят кругами.
— Сколько еще? Мои ноги онемели час назад, — стонал Джонатан за ней.
Элена не знала. Они скрывались в тени двери, ждали, пока солдаты пройдут дальше. В стене за углом было окно. Оттуда было видно бледный серый свет.
Близился рассвет. Скоро теней станет меньше… а у Джейка закончится время.
Элена оглянулась на Аргона.
— Вы должны знать замок. Вы тут долго жили.
Его хрупкое тело прижималось к Джонатану и Вечерокрылу, глубокий взгляд был уставшим. Но он смог ухмыльнуться от ее вопроса.
— Я знаю путь, дитя. Но, пока ты не знаешь свой, я не смогу помочь. Я укажу, когда ты поймешь, куда идти.