Повар сидел на поваленном дереве у края леса. Вокруг него собрались слуги, помощники с кухни и конюхи. Все смотрели на останки сгоревшего дома.
Потеря тенью лежала на их лицах.
Аэрилин обняла Горацио и всех, до кого дотянулась, прижалась щекой к его плечу. Элена держалась в тени и слушала издалека.
— Мне жаль, дорогая. Мне так жаль.
— Это не твоя вина. Я привела беду, — пробормотала Аэрилин в его рукав. Ее руки напряглись, она прикусила губу. — Я разное делала, Горацио. Я участвовала в бедах.
— Как свержение герцога? Я не глуп, — сказал Горацио, когда она удивленно подняла голову. — Новости о падении Реджинальда долетели до леса через пару дней после твоего письма. И я подумывал, что тут замешаны твои новые друзья. Я сразу говорил Гаррону, то они не от графа. Они слишком странная пара, настоящая беда.
— Точно, — слабая улыбка Аэрилин быстро угасла. — То, что мы сделали, сейчас мало на что влияет. Средины идут на совет, у морей нет армии против них. Королевство разваливается, — она вздохнула в его руку. — Папа всегда говорил мне распоряжаться только монетами, что при себе. Стоило его слушаться.
Горацио молчал. Наемники и жители деревни вернулись из леса. Они тяжело дышали от бега. Их волосы были мокрыми от пота, а ночная одежда была в крови.
Они замедлились у сгоревшего дома. Их лица были злыми. Один из наемников и мужчина, в котором Элена узнала кузнеца, прошли дальше, разговаривая.
Элена пыталась услышать за треском дома.
— …не знаю. Клянусь, я такого раньше не видел, — сказал наемник. — Ходили слухи, что люди пропадали в южном лесу, но слухи есть всегда. Их не слушают толком.
Кузнец нес большой меч. Он повернул его, глядя на темное пятно на лезвии.
— Ты видел их глаза?
— Как у трупов, — кивнул наемник. — Они бежали. Мы били их, но пока у них двигались ноги, они бежали.
— Или ползли, — кузнец кивнул на сгоревший дом. — Люди пустыни, долин… и наш нард.
— Думаешь, это какая-то чума?
— Возможно. Может, варвары их укусили.
Они перебирали варианты, Горацио и Аэрилин притихли. Глаза повара зеркалами отражали огонь, его взгляд был темным. Аэрилин словно впитывала огонь.
Она словно ощущала жар издалека.
— Может, монет у тебя больше, чем ты думаешь, — шепнул Горацио, когда мужчины пошли к ним.
Аэрилин нахмурилась от его улыбки.
— О чем ты?
— Моря могут найти союзника, — он опустил плечи, картинно вздохнув, когда мужчины поравнялись с ним. — Простите, ребята, но это все. Огонь забрал остатки моих запасов и уничтожил таверну. Готовить нечего.
— Можно отстроить ее, — сказал Фостер, подходя по тропе, хромая. Судя по торчащим волосам, он только вылез из кровати. — Я заплатил столько, что можно построить две.
— Все сгорело.
— Монеты не горят.
— Они тают. Медные в серебро, а золото в это. Мы можем соскрести все с дерева, но вернуть меньше половины. И я слишком стар для этого. Нет, — Горацио вздохнул, — это не стоит усилий. Я лучше закрою все и буду жить с тем, что осталось.
— А если мы вернем деньги? — крикнул наемник. Он повернулся к товарищам. — Один из тех, кого я порезал, был с гербом графини на груди. Ставлю месячное жалование, что она с этим связана.
— Графиня связана со всем в лесу. Она не могла потерпеть, что наемники прижились тут, — добавил житель деревни.
Гул стал рычанием среди мужчин. Элена ждала драку, но тут вмешался Фостер.
— Я знаю, о чем вы думаете, — сказал он, строго глядя на них, — и это не сработает. Графиня не послушает.
Наемник в конце толпы поднял меч.
— Мы не будем ее уговаривать, мы вернем нашу таверну!
Они завопили, подняли оружие.
Горацио ударил кулаком по груди и завопил:
— Возмещение! Нам отплатят.
— К замку! — закричал житель деревни.
— Нет, стойте! — толпа притихла, и все посмотрели на Аэрилин. — Ах, просто… я уверена, что графиня направляется к морям.
Пауза, а потом:
— К морям!
Толпа пошла к деревне, Фостер вопил следом:
— Не забудьте пополнить колчаны, ребята. У Фостера лучшие стрелы в королевстве!
Два брата вбежали в толпу. Они несли деревянные мечи, вопили на каждом шагу о возмещении.
Горацио пошел за ними.
— О, нет уж! Это работа наемников. А вы пойдете домой!
Пока все уходили, Аэрилин задержалась.
— Элена, — сказал она через миг. — Как горящая сосна оказалась в моем доме?
— Ветер подхватил.
— Элена…
— Ладно, я промазала, — она сняла лук с плеч и отдала колчан, радуясь, что убрала зуд от магии. — Прости, я раздавила твой дом.