Мама закрыла за собой дверь, оставив нас наедине. Когда-нибудь она сведет меня с ума. Спать вместе с Габриэлем в одной кровати для меня дело привычки. Когда мы были младше, он часто рассказывал мне страшные истории, а потом, как принц на белом коне, оставался ночевать в моей комнате, чтобы защищать от разных чудищ. Так что наши родители привыкли к тому, что на утро могут застать нас под одним одеялом, лежащими в обнимку.
Я встала на ноги, потирая голову, а затем поправила сорочку, взяла телефон и молча ушла к себе в комнату, где сразу рухнула в постель, накрывая себя одеялом.
Через полчаса мы все сидели на кухне, поедая блинчики с малиновым джемом. Что может быть более банальнее, чем это? За огромным столом была гробовая тишина, от которой крутило в животе. Мне было так некомфортно, что не хотелось находится здесь. Как и Габриэлю. После вчерашнего представления, что устроила Паула, Грэхем даже не смотрел в ее сторону.
— Какие у вас планы на вечер? — тишину решила нарушить моя мама.
— Не знаю… эм… Наверное просто посмотрим какое-нибудь кино, — я пожала плечами.
— Так скучно, — ответила мама. — Вот когда вы были маленькими, вы всегда находили чем заняться. Будь то игры на пляже или гонки на велосипедах.
— Мам, прекрати, нам же не десять лет.
— Но и не девяносто, чтобы все каникулы проводить лежа на диване.
Я закатила глаза, откусывая куриный сэндвич. Умоляюще посмотрела на папу, но тот лишь пожал плечами.
— Берите пример с миссис Макбей. Мы сегодня с ней разговаривали, и она сказала, что стала ходить на курсы начинающих певцов, — гордо произнес мама, словно эта старушка ее дочь.
— То есть, помимо каждодневного крика ее ненормальных кур мы будем слушать ее сумасшедшее пение?
Папа подавился блинчиком, а затем посмеялся в кулак. Увидев недовольный взгляд мамы, он стих, продолжая так же весело смотреть на меня.
— Да ладно, эта женщина же не сделала вам ничего плохого, — в диалог втиснулся Логан.
— Ну, если вы считаете, что в том, чтобы закидать наш внутренний двор тухлыми яйцами нет ничего плохого, я умываю руки, — произнес Габриэль.
— Что? Не выдумывайте. Это просто пожилая женщина, которая…
— На самом деле демон, мечтающий захватить планету, да, мы знаем, миссис Грэхем, — перебив маму Габри, я улыбнулась.
— Детка, я просто хочу сказать, что не бывает дыма без огня, — женщина тепло мне улыбнулась, а затем перевела взгляд на Габри. — Сынок, мы можем поговорить?
Габриэль поднял голову и несколько секунд рассматривал Паулу без всякого энтузиазма. Уверена, он все еще чувствовал боль.
— Говори здесь, — ответил он.
Миссис Грэхем опустила голову с тяжелым вздохом. Да, утро не задалось. Через несколько секунд мой друг закатил глаза, а затем бросил столовые приборы на стол, вставая на ноги.
— Пойдем в сад.
Они удалились, а мне стало интересно, о чем пойдет разговор. Не зря говорят, что любопытство – это грех. Я тоже встала из-за стола, сказав, что нужно отойти помыть руки, а сама пошла к дверям, ведущим на наш внутренний двор.
—Ты обещала, что больше не притронешься к алкоголю, мама, — услышала я голос Грэхема.
— Это получилось случайно, сынок. Я просто… просто не смогла себя контролировать…, — чуть ли не плача ответила женщина.
— Не смогла себя контролировать? Ты забыла, как мы чуть не погибли из-за того, что ты пьяная села за руль!
Что?... Габриэль не рассказывал мне, что было что-то подобное… Я прислонилась ухом к двери, а через несколько секунд почувствовала на своем плече чужую руку. От неожиданности я чуть не закричала, а когда обернулась, увидела отца Габриэля.
— Флориан, разве тебе не говорили, что подслушивать чужие разговоры некрасиво?
Мне стало неловко. Мистер Грэхем называл меня полным именем только тогда, когда либо был огорчен, либо рассержен. Сейчас я не могла прочесть, что он чувствует, потому что выражение лица мужчины ровным счетом ничего не выражало. Однако что-то мне подсказывало, что он чувствовал и то, и другое.
— Я просто…
— Ступай.
Спорить было бесполезно, потому что я в самом деле повела себя не лучшим образом. Однако мне все равно было немного неприятно оттого, что я была единственным человеком, который не в курсе всех событий.
До вечера мы ничего особо не делали. После разговора с мамой Габриэль вернулся сам не свой. Честно говоря, я даже боялась к нему подойти. У него на лице было написано, что он не желает ни с кем разговаривать. Тем не менее он просидел вместе с нами весь день около бассейна, хоть и не произнес ни слова.
После шести вечера, когда наши родители уехали, оставив дом полностью на нас, я решила пойти на пляж, чтобы немного посерфить. Грэхем отказался идти со мной, а я не стала настаивать, решив, что ему нужно побыть одному. Лучи вечернего солнца грели мою кожу, пока волны Тихого океана освежали ее. Несколько волн мне удалось поймать, однако настроения не было, поэтому чаще всего я просто падала, ударяясь о доску.