Лейтенант без страха подошел к зверю и, к моему потрясению, заговорил с ним.
Я вытаращилась.
Значит, не монстр, а.… домашнее животное. В Ониксовом Королевстве есть домашние драконы?
Я посмотрела на остальных мужчин, но никто не выглядел испуганным или даже удивленным. Они забрались на спину существа, которая была достаточно длинной, чтобы на ней при необходимости могло поместиться вдвое больше людей.
Когда солдат потянул меня вперед, я издала тоненький скулеж и уперлась ногами в землю. Я даже не осознавала, что делаю это, — мне хотелось бы быть храброй девушкой, взбирающейся на дракона, но, увы, ночные события, видимо, истощили мои запасы храбрости. Несмотря на мои протесты, он подтащил меня ближе, пока я не оказалась рядом с раскинутым правым когтем. Четыре острых ногтя были испачканы чем-то ржаво-красным, и я хотел убедить себя, что это не кровь.
Я заставила свои глаза смотреть куда-то еще.
— Все в порядке. Зверь тебя не тронет, — сказал Широкоплечий Мужчина, сидя на спине дракона и прижимая одну руку к ране.
Я кивнула, но во рту у меня был привкус кислоты.
Солдат наконец развязал мне запястья, и я смогла подняться на ноги.
— Не пытайся выкинуть что-нибудь умное, девчонка.
Я все равно была слишком измотана, чтобы бежать.
— Мне некуда идти.
Чешуя дракона была прохладной и гладкой под моими ладонями, пока я поднималась на него, чтобы получше рассмотреть его рептильные глаза, пылающие оранжевым и окольцованные серым. Взгляд дракона переместился на меня и, казалось, незаметно смягчился. Он моргнул один раз и слегка наклонил голову. Это простое действие было настолько безобидным, настолько обезоруживающим, что я слегка расслабилась.
Устроившись поудобнее, я потерла болевшие запястья, которые были порваны и кровоточили там, где была бечевка. Мой взгляд упал на спину существа, на хвост, где в рогожу11, испещренную алыми пятнами, был завернут сгорбленный комок. Из-под хвоста торчал один Ониксовый сапог.
В животе зашевелилось беспокойство.
Вместе с нами на этом чудовище находился труп.
Я снова посмотрела на Широкоплечего Мужчину. Должно быть, сегодня произошло что-то ужасное. Где-то между раной Широкоплечего Мужчины, кровью на когтях дракона и трупом была история, которую я не хотела собирать воедино.
Я старалась быть благодарной за то, что хотя бы ничего не пронзило насквозь мое тело. И все же.
Когда все солдаты поднялись на спину, я едва успела оглянуться на свой город — всю свою жизнь, — прежде чем чудовище взмыло в воздух. Все дыхание вырвалось из моих легких, когда мы взмыли вверх. Воздух был разреженным12 и ледяным, а глаза наполнились слезами, когда холодная ночь хлестнула меня по лицу. Я изо всех сил держалась за чешую существа и надеялся, что не причиняю ему вреда своей тисочной хваткой.
Ветер щипал глаза, и я отвлекся от созерцания неба и вернулся к солдатам. Они казались спокойными: одни лежали, прислонившись спиной к распростертому крылу дракона, другие непринужденно обхватывали когти. Мой взгляд упал на Берта, и я увидела, что он смотрит на меня с намерением. Не просто с сексуальным, хотя в его глазах тоже было что-то соблазнительное. Но больше было похоже на то, как будто он заглядывает мне в душу. Как будто его заворожили. Яростная дрожь пробежала по позвоночнику — он видел мои способности. Это еще больше обнажало меня, чем камисоль13.
Я вся сжалась и постаралась не смотреть на его мерзкую физиономию.
Мы плыли все выше и выше, поднимаясь над облаками. Отсюда мой мир казался еще меньше, чем я думала. Должно быть, именно поэтому солдаты Оникса так легко перемещались по континенту. Я удивлялся, как они не поймали моего брата раньше. При мысли о нем и остальных членах моей семьи у меня замирало сердце.
Я никогда больше не увижу их.
Я сжала челюсти, стиснув зубы, — я не могла сейчас сломаться.
Я должна была держать себя в руках, пока не представится подходящая возможность, и тогда я позволю себе полностью развалиться на части.
Сейчас самое время для оптимизма, который, как мне говорили, у меня в избытке.
Я опасалась, что полет на массивном рогатом драконе в качестве пленника на вражескую территорию не принесет никаких положительных результатов. Я смотрела на землю под собой, окутанную тьмой, и наблюдала, как единственная жизнь, которую я когда-либо знала, исчезает из виду.
Глава 4
На моей спине треснул ремень, который быстро сменился руками, глубоко погруженными в кровавую, зияющую рану на груди. Оранжевый светящийся глаз смотрел на меня, заглядывая в душу. Сила, которую я не могу описать, покалывала в кончиках пальцев, в костях, в уголках памяти…