Челюсть Кейна затвердела.
— Я никогда не заставлял своих людей вступать в мою армию.
Мой протест застыл. Но он продолжил, подойдя так близко, что нас разделяло одно дыхание.
— А он обеспечивает безопасность своих людей? — Его глаза впились в мои. — Ты здесь, не так ли? В плену у своего главного врага. Гарет — хнычущий червяк.
Я сжала руки в кулаки.
— Ты излишне жесток.
Он отступил на шаг назад, из его уст вырвался недобрый смех.
— Ты просто многого не знаешь.
— Тогда расскажи мне.
Он вздохнул, но когда его глаза снова нашли мои, они выглядели почти раненными.
— Сколько раз я должен повторять тебе — я не могу.
Я сжала челюсть.
— Наверное, доверие — еще одна из тех досадных слабостей, которым ты не любишь потакать.
Сердце бешено заколотилось в груди. Что я делаю? Стою здесь и снова спорю с ним? Принимать его скрытность на свой счет? Он ничем мне не обязан.
Мне нужна была серьезная помощь.
Я устремилась в сторону крепости и постаралась ничего не почувствовать, когда он не стал меня преследовать.
***
Мой желудок издавал урчащие звуки, когда я поднималась по лестнице по двое, чтобы встретить Мари в большом зале. Ночью замок был жутко красив, по залам разносилась слабая музыка и гул разговоров за ужином. Я ничего не ела с тех пор, как вчера вечером вернулся из Сумеречного Леса, предпочитая забраться в постель и погрузиться в беспокойный сон. И суетливое утро. И беспокойным днем.
Уже вечерело, и я умирала от голода.
— Я наконец-то нашла книгу о Фейри, но там одни детские сказки, — хмыкнула Мари, сдувая с лица рыжий локон, когда я догнал ее в очереди за ужином. Она увлекалась преданиями о Фейри, но литературы об этих существах было очень мало. В некоторых книгах утверждалось, что эти существа вообще являются мифом. Мари пока не была в этом уверена.
— Почему бы не вернуться к исследованиям о ведьмах? Я думала, тебе это нравится. Даган должен скоро перевести этот гримуар, верно? — Может, он поможет мне добыть репейник в ночь затмения? Казалось, он готов помочь Мари, и он был достаточно любезен, чтобы научить меня сражаться на мечах.
Я отошла в сторону, позволяя группе красивых молодых солдат обойти нас. Мари выглядела прекрасно в своем голубом платье и с бантом из черного оникса. Каждый из молодых людей внимательно разглядывал ее, но Мари, казалось, не замечала этого.
Она лишь закатила на меня глаза.
— Ведьмы гораздо менее интересны. Все, что, как нам кажется, мы знаем о Фейри — крылья, заостренные уши, когти, — может оказаться неправдой. Тот факт, что я не могу найти ни одного достоверного текста, сводит меня с ума. Ведьмы — это просто женщины, владеющие несколькими заклинаниями. Это скучно, честно говоря. — Она пожевала губу.
Я сузила глаза.
— Что ты мне не рассказываешь?
— Ничего! — Но оглушительный тон ее голоса говорил об обратном. Мы стояли в редком молчании, пока наконец нам не подали грудинку. Нежная, карамелизированная, пахнущая пряностями и сладостью, — мне не терпелось набить себе лицо. Мы уселись в углу, освещенном пламенем фонарей и светлячками, которые иногда залетали в зал со двора. Их мерцающий свет плясал в озабоченных глазах Мари.
— Если ты не хочешь рассказать мне, что с тобой происходит на самом деле, то как я могу поведать тебе о катастрофе, которой обернулся вчерашний день, проведенный с королем? — Я изобразила искреннее недоумение и откусила огромный кусок.
— Что? Когда?
Я покачала головой, прожевывая.
— Ладно, — согласилась она. — Я пробую некоторые заклинания, и мне… не очень везет.
Мой рот застыл на месте. Мари была ведьмой?
Она сказала так, будто это самая очевидная вещь в мире, но колдовством могли заниматься только те, у кого в роду были ведьмы или колдуны. Магия не была редкостью, но за всю свою жизнь я встретила лишь несколько ведьм. Их заклинания использовались для ремесла или приготовления пищи, иногда для изготовления сонных зелий или тоников на удачу, которые срабатывали лишь в половине случаев. Хотя, зная Мари, я полагала, что она собиралась заниматься не обычным колдовством, а чем-то гораздо более впечатляющим. Гораздо более могущественное.
— Я наконец-то придумала, как решить проблему, но это немного сложно. — Мне показалось, что признание поражения причиняет ей физическую боль.
Но я все еще был зациклен на магической части.
— Заклинания? У тебя в роду есть ведьма?
Она кивнула.
— Моя мать была ведьмой.