— У меня есть телефон! — Охитека сообразил, что за сомнения ее грызут. — Отсюда, из вашего особняка наверняка звонок можно отследить. А на наши аппараты умельцы Лэнсы поставили какие-то глушилки. Правда, я не уверен в эффективности.
— Надежнее, чем случайный аппарат со случайным номером, — резко отозвалась она. — Позвоните ей сейчас! Скажите, чтобы не лезла в магазины связи.
— Сообщение отправлю, — буркнул Охитека, вытаскивая телефон. — Так вы говорите, из внутренних сотрудников, что сидят сейчас по домам, можно организовать охрану в госпитале? — переспросил он, сосредоточенно тыкая в клавиши.
— Дописывайте и давайте телефон, — распорядилась Чероки. — Я позвоню начальнику охраны, мне Лэнса оставлял его контакты. Наизусть заставил выучить номера руководителей, — она усмехнулась. — Вот и пригодилось. Мне кажется, это Спящий подсказал Лэнсе, чтобы вас забрал тогда с собрания, — созналась она тихо. — Признаться, я не ждала особенной выгоды с этого хода.
— Мне порой кажется, что Спящий нас всех ведет в последние сутки, — он хмыкнул.
Протянул ей телефон. Не выдержал, прилег-таки на кровать, пока она набирала номер и разговаривала. Прикрыл глаза. Н-да, хлипковат он на длинных дистанциях, как оказалось. Всего-то несколько часов довелось побегать. Вроде выспался после того, как собрание социалистов накрыли — а проку? Меньше половины оборота прошло, а он снова клюет носом. Не верилось, что когда-то был в состоянии часами горланить на социалистических митингах, а после — еще оставались силы на забавы богатеньких мажоров. Еще и учиться находил время…
— Начальник охраны выжил и даже продолжает выполнять свою работу, — сообщила она, нажимая отбой. — Охитека! Вы в порядке? — в голосе послышалась тревога.
— Все нормально, — проворчал он. — Набегался малость. Вы верите ему? Начальнику охраны.
— Если не ему — я и не знаю, кому верить, — отозвалась она тихо. — Лэнса работал только со своей охраной. Просто он заранее озаботился заручиться поддержкой своих людей, — она помолчала. — Во всяком случае, — руководства службы безопасности! И сделал это до смерти отца. А уж руководство смогло донести до рядовых исполнителей, что защита хозяина — более выгодное предприятие, чем охота на него.
Н-да. Хорошего он свалял дурака, ругаясь с отцом. А ведь тот столько раз пытался его предостеречь!
— Хорошо бы они и сейчас так считали, — проворчал Охитека. — После налета на офис.
— Выбор невелик, — Чероки опустила голову. — Верить сейчас нельзя никому. Крупные охранные компании не станут связываться ни с кем из нас. Мы для них попросту опасны — можем навлечь неприятности. А мелких слишком легко перекупить.
— И узнать, к кому мы обратились, тоже легко, — он кивнул.
Повисло молчание. О том, что к Лэнсе выехала его же собственная охрана, тоже узнать было несложно. Охитека за последние сутки понял: на трех континентах вообще все до крайности прозрачно. Можно отследить действия любого человека, любой организации.
Вот только отследить тех, кто устроил на него охоту, он не мог. Может ли Чероки что-то знать? Лэнсе она сумела помочь. По крайней мере, пока.
Правда, они с Кэт — не Лэнса. Захочет ли дочка председателя помогать им? Может, ей покажется выгодным сдать его отцу — в надежде, что это на какое-то время отвлечет преследователей от беспомощного Лэнсы.
— Я слышала, — заговорила тихо Чероки, — как отец говорил: у нас наступает эпоха люмпократии. Не власть народа, а власть люмпенов. Общественного дна. Тогда я не придала значения. Мне кажется, он имел в виду, что передел рынков инициировал кто-то из криминальных кругов. Причем, — она задумалась.
— Причем этот кто-то претендует на реальную долю рынка и реальное влияние, — закончил Охитека. — Погоди! Лэнса тогда обмолвился, что, возможно, источник наших проблем находится где-то среди криминальных структур.
— Нет, с Лэнсой мы это не обсуждали, — она поняла. — Он сам, видимо, до этого дошел. Вообще, мы не так часто обсуждали проблемы. Лэн не хотел меня грузить, особенно — последние несколько суток.
— Ага, понимаю, — он кинул взгляд на ее живот.
— Думаю, я могу вам помочь, — она решительно отбросила одеяло. — Сейчас почти середина четного оборота. Отец наверняка тоже спит. Где его кабинет — я знаю. Компанию вы мне, полагаю, составите?.. — и, не дожидаясь ответа, прибавила. — Отвернитесь, мне одеться надо!
Охитека уставился на нее во все глаза. Спохватившись, отвернулся.
— Заинтриговали, — сознался он.
— Вот и прекрасно! Скоро заинтригую еще сильнее, — пообещала девушка, фыркнув. — Все, идем! — бросила резко.
Он обернулся и разочарованно хмыкнул. Одеться означало — накинуть домашний халат и затянуть двойным узлом пояс. Хотя чего он хотел — парадного выхода?
Любопытно, что ей там стукнуло в голову.
*** ***
— Здесь он, папа! Вот этом самом шкафу! — Чероки рывком распахнула дверцу. — Вот под этими вещами! Видишь, как я аккуратно заложила его сверху.
Охитека замер от изумления и злости. Сдала! Сдала и не поморщилась. Сначала спрятала, а потом — привела охрану, отца и сдала! Если бы его не сковало от недоверия, бешенства и отчаяния — он бы уже кинулся на вероломную дрянь и свернул ей шею.
— Ну, давай, чего ждешь? — продолжала надрываться подлая гадина голосом истинной мегеры. — Вот, я же даже показала тебе место, где Лэнсу прячу!
Лэнсу?..
Охитека, прикидывавший, как и в какой момент лучше выскочить, чтобы унести с собой как можно больше жизней, замер.
— Это не Лэнса, — прозвучал спокойный голос Чунты.
— Ах, это уже не Лэнса! — Чероки истерически расхохоталась. — Как славно! Значит, ко мне заявился кто-то другой из любовников. Папа, мне просто интересно: и сколько же отцов окажется у моего ребенка к моменту, как он появится на свет?!
— Дочь, не говори ерунды, — устало попросил Чунта. — В дом пробрался чужой, с улицы…
— И, конечно же, он прячется у меня в комнате! — раздраженно подхватила дочь. — Я его прячу! В собственном шкафу. А почему бы и нет?! Один мужик, другой — какая мне разница?! Ты же сам называл меня…
— Хватит! — рявкнул выведенный из терпения Чунта. — Дочь, в дом пробрался преступник, он опасен…
— Как раз сгодится на роль отца моего ребенка, — упрямо продолжила Чероки с истеричными нотками в голосе.
Охитека представил, какие анекдоты станут рассказывать потом охранники и силовики, присутствующие сейчас при этой сцене. Да, не слабо девица скомпрометировала и себя, и отца заодно. Видать, хорошо он ей насолил. Отчаянная девка! Вот тебе и унылая заучка.
Судя по звуку, с каким захлопнулась дверь, почтенному господину Чунте пришли те же мысли по поводу анекдотов, что и Охитеке. Нэси перевел дыхание. Надо же, пронесло!..
*** ***
— Ну ты и горячая голова, — Охитека нервно усмехнулся. — Я ведь готов был уже выскочить и шею тебе свернуть!
— Ну и тебе бы тоже после этого шею свернули, дурья башка, — хмыкнула она презрительно.
— Ну, так я уверен был, что мне ее так и так свернут.
— Значит, мне повезло, — Чероки криво усмехнулась. — Придется тебе посидеть у меня несколько часов, пока все не уляжется. Они теперь долго рыскать будут.
Охитека молча кивнул. Поразительно, как они не попались охране, принявшейся перерывать особняк, заметив проникновение на территорию. Молодые люди едва успели вернуться в комнату девушки. Еще более поразительно, что Чунта поверил концерту дочери, и не стал проверять шкаф, хотя это было секундным делом. Да и обыска в комнате не было.
— Странно, что они только сейчас спохватились, — заметила Чероки.
— Ничего странного, — буркнул он. — Я не светился, когда заходил!
Охитека злился на себя — он был уверен, что зашел на территорию незаметно. И теперь пытался сообразить, где прокололся, несмотря на все усилия. А еще он волновался за Кэтери, ждавшую его. К Лэнсе-то охрана направилась. А вот ей придется скрываться самостоятельно, и заметить ее могли в любой момент.