— Немного, — отозвался неохотно нэси. — Еще несколько светошумовых гранат. Ну, и импульсный аккумулятор полон, — он саркастически усмехнулся.
— Не спеши хаять бесполезный импульсник, — хмыкнул тот. — Я тут прихватил кое-что со склада. Ты вроде очухался немного, самое время распределить добычу.
Охитека промолчал. Выжидающе глядел, как Роутэг лазает по внутренним карманам, выкладывая плоские фляжки все с теми же яркими этикетками. Моющие средства? Чем они им, интересно, еще сумеют помочь. Тем более — в таком ничтожном количестве.
— Там, на складе, оказались еще и пищевые добавки для драконов, — проговорил Роутэг и смолк, прислушиваясь.
Нэси невольно последовал его примеру. Снаружи было тихо — видимо, их искали в какой-то другой части этажа.
— Ты ж знаешь, драконам мяса мало. Во всяком случае, во время состязаний, — он ухмыльнулся. — Хозяева чем только своих питомцев не пичкают! Благо, законники никак не могут договориться — что считать допингом, а что — нет. Разные добавки на разных тварей и действуют не одинаково. Одного керосином напои перед боем — огненный выдох станет вчетверо сильнее. А другой может и крылья склеить.
— Это я и без тебя знаю, — вздохнул нэси.
— Так вот. Я говорю — чего там, среди драконьего допинга, не найдешь! Вот, например, взрывчатка. Производное тротила — все, о чем мне говорит название. Но в действии неплохое — проверял лично, и не раз, — он подвинул к Охитеке две фляжки. — Чтобы хорошенько развеяться — достаточно капнуть каплю на пол и от души топнуть по ней каблуком. Ошметки разлетятся далеко.
— Отличная замена последней пуле! — тот не удержался от сарказма. — А так не рванет?
— Могло бы рвануть — их бы так не хранили, — отрезал Роутэг. — Жаль, всего пару фляг нашел — их даже на таких складах большими количествами не хранят. Вот это — ртуть, держи. Пригодится, — еще одна фляга.
Ртуть — это, должно быть, чтобы самоубийство вышло ярким и красочным. А что: последней пулей прострелить фляги со взрывчаткой и ртутью заодно! Да, сам разлетится на клочки. Но с каким шиком! Целый этаж ртутью отравит, долго придется техникам наводить там порядок. Может, еще и по вентиляции разнесет — если качественно рванет.
В качестве, правда, Охитека уверен не был. Все-таки навыков профессионального взрывника у него не было. Он разместил фляги во внутренних карманах рабочей робы — благо, они занимали едва не всю поверхность одежды изнутри и снаружи.
— Вот, смотри — желтая и желто-зеленая этикетки, — Роутэг придвинул ему еще пару фляг. — Это — то же самое, что мы смешивали, чтобы дымовую завесу устроить. Импульсный заряд в упор сквозь обе фляги…
— И дымовая завеса к вашим услугам, — закончил за него Охитека. — Можете скрываться, если не надышитесь.
— А ты не дыши, — ехидно посоветовал тот.
Помимо имеющегося, нэси получил по фляге едкой кислоты, которой отмывали драконьи ангары, подозрительно жидкого состава, который, якобы, усиливал пламя огнедышащих монстров. Этот же состав должен был усиливать действие взрывчатой жидкости. По фляге с краской и подозрительным голубоватым порошком.
— Наноброня! — с гордостью сообщил Роутэг. — Только я понятия не имею, как она работает. Только слышал, но своими глазами не видел. И дела иметь с ней не приходилось.
— Потрясающе! — восхитился нэси. — И на кой нам это чудо техники, которое неизвестно как работает?
— Пригодится в голодный год, — отрубил уголовник.
Охитека слегка пожал здоровым плечом. Пригодится — так пригодится. Не спорить же. Тем более — не бросать здесь флягу с ценным составом.
— Энергетик как, уже подействовал? — полюбопытствовал Роутэг.
— Да вроде как, — отозвался Охитека.
Он и забыл про это! Но в голове вроде как немного прояснилось, и руки дрожать перестали. Надолго ли? Хотелось верить, что он не отрубится где-нибудь по дороге. Остался последний рывок!
Глава 32
Роутэг полез в шахту первым. Охитека только головой покачал, разглядывая хитрую систему петель и узлов, пропущенных через карабины. Профессиональный почерк!
Нэси проникся невольным уважением к напарнику. Тертый парень! Видно, что не просиживал зад впустую. И вниз скользнул сразу одним длинным стремительным рывком, разом спустившись на высоту больше этажа. Какая там высота, интересно?
И зачем им спускаться больше, чем на этаж.
Охитека нахмурился. Шахта уходила глубоко — слишком глубоко. И боковых ответвлений он не видел. Просто спуск далеко-далеко вниз. А им нужен был следующий этаж — штаб-квартиры религиозных общин находились аккурат под последним уровнем, где держали драконов.
Но не орать же в шахту, озвучивая свои соображения. Эдак его услышит не только Роутэг, но и еще не один десяток заинтересованных лиц.
Ладно. Спустятся — там уж решат.
Вот дернулась в руке веревка. Это означало — Роутэг спустился и дернул за свободный конец, давая сигнал ему, чтоб слезал следом. Охитека обернул несколько раз вокруг себя веревочные петли и, не давая себе времени на раздумья, скользнул в шахту. Свалился разом почти на половину человеческого роста и закачался, повиснув.
Замер, судорожно вцепившись в веревку. А потом принялся осторожно перебирать пальцами, понемногу снижаясь.
Далеко ему до Роутэга! Тот лихо съехал вниз, практически спрыгнул. Словно всю жизнь только тем и занимался, что лазил по отвесным стенам и вентиляционным шахтам. А вот в жизни Охитеки альпинизма оказалось крайне мало. Во всяком случае, все эти карабины, узлы и веревочные петли приводили его в некоторую оторопь. И это чувство раздражало его самого — нэси не любил ощущать себя некомпетентным в чем бы то ни было.
Веревка так и норовила выскользнуть из пальцев, обдирала кожу. Спящий, да что здесь той высоты! Ну, пусть пара-тройка этажей. Пусть даже это и высоченные этажи Колизея.
Охитека задрал голову. Вход в вентиляционный короб тускло светился совсем близко. Он, казалось, целую вечность тут висит, перебирая руками по веревке — и едва-едва сдвинулся вниз.
Он, разозлившись, чуть ослабил хватку и тут же съехал аж на пару своих ростов. Испугавшись, судорожно схватился за веревку снова и по инерции проехал еще немного, содрав кожу на ладонях.
Выругался шепотом. Кинул взгляд наверх. Ладно, хотя бы уехал достаточно далеко вниз. Главное — окончательно шкуру с ладоней не содрать, пока доберется до конца.
И ведь чего он только в свое время не вытворял! И по замерзшему заливу гонял с континента на континент. И по отвесным стенам небоскребов лазал, нацепив на руки и ноги присоски. Гонял на флайерах и снегоходных машинах, на спор выучился вскрывать чужие машины. А вот обычный альпинизм так и не освоил. Возможно, потому что в большом городе альпинисты мыли окна небоскребов и занимались мелким ремонтом на высоте. Нэси, сын олигарха и аристократа — даром, что якшался с социалистами — не желал пятнать своих рук занятием, больше свойственным какому-нибудь работяге.
Вот, теперь расплачивается за высокомерие.
Охитека остановился, намотав для надежности веревку на руку. Выдохся. Не так-то много преодолел высоты — а ощущение, будто он только что пробежал кросс по всем коридорам Колизея.
Прикрыл глаза на пару мгновений. Сердце колотилось.
Вдобавок живот скрутило неожиданной резью. Ну, потрясающе! Осталось только застрять тут. Веревку снизу нетерпеливо подергали.
Роутэг. Нервничает.
Он и сам нервничает! Только с места сдвинуться не может. Во рту сделалось горько, руки снова задрожали.
Вот и ответ — надолго ли хватит энергетика. Все, приехали.
Замутило. Да что ж это! Он распутал петлю на руке — та начинала затягиваться. Упрямо двинулся вниз. Не вечно же будет тянуться эта шахта! Тем более, половину он точно пролетел. Пусть понемногу, но доберется до низа. Лишь бы их не обнаружили прежде времени.
Даже последнее соображение не заставило ускориться.
Сил катастрофически не хватало. В животе жалобно заурчало, и он скривился от нового приступа рези. Боги, до чего вовремя!