Придав левой стороне энерго-конечности вид молота, я обрушил тот на приближающегося ко мне врага. Комбо-взрыв оказался гораздо мощнее, чем я ожидал. Из-за него я чуть было и сам не свалился лицом вперёд.
Но дело было сделано. Рыцарь остановлен, а мы могли переключиться на другие задачи.
— Красиво получилось, — похвалил меня «Орлёнок».
Чем большее расстояние мы проходили, тем чаще приходилось отрабатывать оружием, установленном на наших экзоскелетах. Постоянно хлопали наши миномёты, трещали крупнокалиберные пулемёты и даже иногда мелькали в руках моих товарищей мечи.
Карающее копьё продолжало своё шествие.
Несмотря на ужасающие потери, которые измерялись тысячами в минуту, Нергал продолжал нещадно бросать на убой всё новые и новые группы заражённых. А те, не смея противиться воле инопланетного разума, покорно устремились к нам наперехват. Но все вражеские попытки нас остановить были заранее просчитаны. И потому каждый вражеский отряд, будь в нём хоть сотня или даже несколько тысяч заражённых, непременно попадал под заранее продуманные удары.
Нам же оставалось отстреливать только одиночек. Как выразился сам Разводной, они и были частью той самой погрешности, которая была учтена в подготовке штурма.
— Почти треть пути прошли, — огласила промежуточный итог «Валькирия». — Начинается самый опасный участок.
Под опасностью Арина имела в виду всё ту же погрешность. После десятикилометровой отметки концентрация вражеских групп заметно возросла. А это значило, что и воинов-одиночек, как недавний рыцарь-избушка, станет гораздо больше. И каждый из них имел хоть и микроскопический, но всё же шанс сбить наш темп. А к чему это могло привести, я уже упомянул.
— Наро-од, гляньте-ка под ноги, — протянул капитан Васильев. — Охренеть.
Местность и до этого момента была довольно ровной. Я бы даже сказал, необычайно ровной. По большей части всё это плоскогорье было оголённой базальтовой плитой. Если в других областях Путорана вулканическая порода, что миллионы лет назад и создала это плато, давно покрылась почвой, пригодной для жизни растительности, то здесь, кроме сплошного голого камня, не было практически ничего.
Но теперь твердь под ногами и вовсе стала идеально плоской. Она буквально превратилась в чёрный глянец, в котором можно было увидеть расплывчатое отражение себя.
— Поздравляю, друзья, — проголосил Разводной. — Мы добрались до саркофага Нергала. С этого момента привычных для нашей планеты пейзажей мы можем больше не увидеть.
Наглядным доказательством словам Фёдора была и та самая гора, к которой мы держали путь. Её тёмное изваяние по мере нашего приближения как будто становилось всё чернее и чернее. А фиолетовые тучи постепенно формировали вихрь вокруг её вершины.
— Ещё двадцаточку пробежать, а там и… — крикнул капитан Васильев, но затем сбился на полуслове. — Кстати, а что там дальше будет? В смысле за горой.
— Неизвестно, — ответил ему «Крылан». — Дроны выходят из строя, не долетая сотни метров до неё.
— Дальше будет очень плотная аномальная зона Нергала, — попробовала найти ответ «Валькирия». — Настолько плотная, что её не получится развеять даже силами Тейи.
Как и ожидалось (вернее, как и было рассчитано), врагов на этом участке стало гораздо больше. И потому бомбы и ракеты стали падать намного чаще. А наше собственное оружие начало работать ещё активнее.
А ещё теперь мне пришлось в полную силу применять свои щупальца. Несмотря на тот ад, что мы устроили для войска Нергала, плотность одиночных врагов, желающих остановить, лишь возросла. И потому всем четырём энерго-щупальцам работы теперь было с лихвой.
Собственно, не стеснялись применять свой дар и другие участники нашего карающего копья. То и дело с небес срывались молнии «Меха», которые оглушали противника и заставляли его падать. Постоянно на заражённых сыпал ледяной дождь «Зверя», который превращал целые группы тварей и диких в ледяные статуи.
«Безрукий» тоже зачастил с применением своего телекинеза. Его дар, конечно, не был развит так же хорошо, как у Восставшего, но против местных работал исправно.
Также на постоянной основе и нам приходилось укрываться от вражеских фаерболов и прочих метательных снарядов. Здесь за нашу защиту отвечал медик четвёртого отряда «Костёр». Тот умел не только лечить, но и возводить силовые барьеры. Создавая при необходимости энергозонт над нашими головами, «Костёр» лишал противника возможности поразить нас своими залпами.