Глоссарий
Глоссарий
Цветок души – иначе цветочное воплощение человека, дополнительный «орган», ментальный мешочек, хранящий все вспоминания и энергию в них. Хранит и помнит куда больше мозга, который старается устранять всё самое плохое, сглаживать углы. Считается, что это и есть «душа».
Нити души – невидимые простым человеческим глазом связи между людьми, их отношения. Даже при долгой разлуке нить остается целой, рвётся только при смерти одного из людей. Если она была достаточно крепкой, то потерявший близкого ощущает сильнейшую боль в груди, не только в метафорическом смысле, но и физическом. Болезни души в мире Антефалии реальны.
Антефалия – планета, где происходят действия книги.
Инициация душ – священный ритуал, чтобы пробудить «цветочное воплощение» ото сна. В каждой стране проходит по-разному, в зависимости от философии и культурного подтекста.
Мнеминисенция – искусство, позволяющее использовать свою душу как источник энергии для созидания чудес, подпитываемый чувствами и воспоминаниями человека.
Глава 1.1. Теракт
Взрыв прогремел со стороны западного крыла Королевской Академии. Он раздался неожиданно резко и в одночасье разрушил мирно текущую жизнь. Подростки кубарем вываливались из классов, каждый толкал друг друга в стены, кто-то ругался и кричал. Паника распространялась между учениками подобно смертоносной болезни. Стоило одному сказать о смерти, как другие подхватывали и разносили гнетущие мысли дальше.
Пока все спешили на улицу, Вениамин смотрел на пожар. Он стоял у окна и наблюдал как жадный огонь пожирал крышу корпуса. Клубы едкого дыма заполнили собой всё видимое пространство неба. Отец предупреждал, что на этой неделе лучше избегать длительного пребывания в библиотеке. Теперь Веня понимал, почему. На губах появилась короткая улыбка. Старик оказался прав.
Когда голоса однокурсников стихли в коридоре, юноша отвернулся от окна и посмотрел на класс. То тут, то там валялись ручки, тетради и осколки стекла. Веня аккуратно обходил их стороной, направляясь к своей парте. Там он начал собирать учебники в фирменный чёрный портфель с изображением серебряного яблока, а потом принялся за вещи друга. Тот хотел остаться с Вениамином в классе, но стычка с братом и крепкая хватка Анжелики не позволили ему сделать это. Классный руководитель отсутствовал на момент взрыва, поэтому никто не смог бы заставить Веню идти вместе со всеми.
— Тут всё, — юноша прошёл между партами, но когда услышал повторный грохот, дёрнулся под стол.
— Сад милостивый, если они решили разнести всю Академию к праотцам, мне вообще не стоило сегодня идти на пары.
В спешке Веня схватил учебники Лики, на ходу запихал их в сумку и выбежал с тремя портфелями в коридор. Юноша знал, что друзья не оценят его выходки, но ничего не мог поделать с этим будоражащим чувством азарта. Напряжение буквально искрилось на пальцах.
Вениамин ускорил шаг. Раздался третий взрыв. Улыбка на лице стала шире, сердце отбивало неровный марш в груди. По пути парень мельком заглядывал в кабинеты. Несмотря на легкомысленное поведение со своей стороны, он не хотел, чтобы кто-то другой подвергал свою жизнь опасности. К счастью парня, таковых не оказалось.
Пробегая мимо красочных картин и ваз с живыми цветами, он завернул за угол и начал слышать голоса толпы. Академию не покинуло ещё огромное количество людей; они стекались с уцелевших корпусов, заполняя собой весь центральный холл.
Около основных дверей стояла стража из трёх человек, еще четверо располагались в толпе. Из них девушка с нежно-розовыми волосами и в красном обмундировании на повышенных тонах пыталась успокоить учеников.
— Ребята, прошу, сохраняйте спокойствие! Не толкайтесь, осторожно выходите друг за другом, западное крыло уже оцепили, виновников обязательно найдут, сейчас вы в безопасности! Посмотрите, чтобы все ваши знакомые были рядом, никто не остался в классах?
— А жертвы есть?
— Дайте пройти!
— В порядке очереди!
— Успокойтесь!
— Я принц, пустите! Моя жизнь дороже ваших, как вы не понимаете!
Вениамин был уверен, что заметил, как нервно дернулся глаз стражницы под стёклами очков. Если бы у него спросили, чей характер в королевской семье самый высокомерный, он бы без зазрения совести назвал Хэйда.