Теперь все это далеко позади. Здесь некому ее жалеть. Впервые почувствовала, что везде и во всем отвечает за себя сама и ждать поддакивания не от кого. Чужих людей упрямством не убедишь.
«Но ведь я говорила правильно, от всего сердца. Хотела лучшего. Почему же они даже не выслушали, а подняли на смех?» — думала она.
Больше всего обиделась за дедушку.
С малых лет, с тех пор как Галина помнит себя, она заходила в его сад с волнением. Каких только чудес там не было! Росли деревья, на них висели яблоки семи сортов, с одного дерева свисали ветки с персиками и абрикосами, был виноград с крупными, словно сливы, ягодами и огромными гроздьями. Росли инжир, айва, маслины; хурма, смородина, малина, кизил и много-много других чудес.
Еще до школы, когда почти все время жила у деда, он терпеливо приучал ее к труду, прививал любовь к растениям. Галина любила дедушку. Всегда мрачный и грубовато-резкий, в саду он смягчался, добрел, становился ласковым. Словно с живыми существами разговаривал с растениями. Подойдет к дереву и спросит:
— Ну, как ты себя чувствуешь?
И начинал осматривать с осторожностью хирурга. Когда замечал, что привитый глазок прижился, лицо озаряла счастливая улыбка. Нежно прикасался к первым листочкам, внимательно рассматривал и что-то записывал в толстую книгу. В такое время Галина ходила за ним на цыпочках. Невольно начала любить растения, которые так перевоплощали ее сурового дедушку.
С годами дед научил Галину ухаживать за деревьями и виноградом. Не хотел старик, чтобы исчезли из его рода садоводы, и возлагал на девочку большие надежды.
Галина могла без устали работать в саду, забыв о еде и отдыхе. Обкапывала, полола, поливала, обрезала, подвязывала, ставила подпорки, прививала, опрыскивала.
Потом не спеша дед начал обучать ее селекционному делу. Рассказывал о методах прививок, гибридизации, скрещивания. Знакомил также со своей системой записей обо всем ходе выведения новых сортов.
Когда в дедушкином саду уже нечего было делать, она бежала в колхозный сад. Здесь на пяти гектарах росли персики, выведенные ее дедом. Более тридцати лет отдал Назар Петрович этому сорту. И своего добился. Сочные, душистые плоды были величиной с два кулака Галины.
Сорт получил имя деда. Отовсюду приезжали садоводы за замечательным персиком.
В школе она организовала кружок садоводов и весь школьный участок, кроме спортивной площадки, вместе с друзьями засадила фруктовыми деревьями и виноградом.
Еще задолго до окончания десятилетки Галина решила поехать в колхоз к деду. Ей хотелось начать с закладки сада и виноградника. Это же такое счастье наблюдать, как начинают зеленеть деревца, которым ты дала жизнь, как потом они растут, набираются сил и со временем благодарят щедрым урожаем.
Но ее послали в степь.
Именно поэтому и приглянулось Галине село Красивое, что не было в нем ни одного кустика, ни одного деревца. Сразу поняла, что именно здесь должна работать, чтобы весной цвели яблони и груши, абрикосы и персики, чтобы возле каждого крыльца вился виноград. Вот он, простор для деятельности! Галина загорелась своей мечтой. А что же получается? Ее послали работать на свиноферму, насмехаются над ее мечтой, даже над дедушкой…
И вот сейчас, уткнув в подушку лицо, Галина плакала.
«Плюнуть на все и переехать в другой колхоз или же к деду», — думала Галина.
Вспомнила последние два дня, которые она провела в Подгорном. Решение увидеться с дедушкой возникло внезапно, как только услышала возле степного колодца, что усатый шофер едет туда. Хотелось порадовать деда, сказать, что решила посвятить себя делу, которому он отдал всю свою жизнь, увидеть на его всегда хмуром лице радостную улыбку.
Застала деда дома. Он сидел в плетеном кресле у окна, одетый по-праздничному в свой лучший костюм, на котором золотом поблескивали два ордена.
Бросилась к нему, поцеловала морщинистую щеку.
— А-а-а, вот когда ты, наконец, приехала! Я уж думал, что совсем забыла о старике.
Глаза под седыми лохматыми бровями улыбались.
— Не ради ли меня такой парад? — засмеялась Галина.
— Ничего смешного здесь нет, — нахмурил брови старик. — Делегация у нас была из Болгарии. Ходили по участкам, устал очень. Ноги вот заболели.
В комнату, тяжело ступая, вошла бабушка. Галина поцеловалась с ней.