Он метался от стены к стене. Галина не спускала с него глаз. Со стороны эта сцена показалась бы смешной.
— А теперь корреспондентов сюда посылает, чтобы они прославили его дочь!.. — вел свое Лямкин.
Галина сначала не слушала, что он говорил, но постепенно до нее дошел смысл его слов.
Краска стыда и негодования залила лицо девушки. Она едва сдержала себя, чтобы не стукнуть Лямкина скребком. А он, брызгая слюной, кричал и кричал, стараясь еще больше досадить ей.
— А ну, брось скребок, дура! Прочь с дороги! — вдруг бросился он на Галину.
Она отступила назад и бросила под ноги Лямкина скребок. Воспользовавшись тем, что он споткнулся, выскочила за дверь, подперла ее плечом, закрыла на крючок.
Лямкин навалился на дверь изнутри, она затрещала от ударов.
Так их и застала Настя, прибежавшая с двумя членами ревизионной комиссии.
Председатель комиссии тетя Луша, как звали ее в деревне, откинула крючок, и Лямкин чуть не вывалился из чулана.
— Это издевательство, я вас к суду привлеку! — заревел он. — Кого позорят — меня, Лямкина!
На шум прибежало несколько доярок. Любу, которая, забившись в угол, горько плакала, заставили повторить все, что она рассказала подругам, и записали это в акт.
— Кому вы верите? — кричал Лямкин, указывая пальцем на Галину. — Этой приезжей девчонке?.. Она через месяц сбежит отсюда, а еще позорит старых колхозников…
— Мы верим фактам, — раздельно произнесла тетя Луша.
Галина все делала как-то спокойно, автоматически, словно во сне, хотя внутри у нее все клокотало и дрожало. Впервые в жизни ей пришлось быть в роли обвинителя, и она хотела довести эту роль до конца.
По предложению Галины уточнили, сколько дерти входит в ведро, которым Лямкин отмерял «на глаз», считая за девять килограммов. Оказалось, что на каждом ведре он недодавал свинаркам шестьсот граммов.
— Ах ты, паразит, — возмущалась Настя, встряхивая рыжими кудрями. — Он не только Любу обманывал, но и нас тоже!
Всей группой пошли к Лямкину домой. Краденого корма у него не нашли, но в корыте, возле которого нежились две откормленные свиньи, обнаружили остатки рассыпанной дерти.
В прошлом году кукурузы в колхозе не было, ее всю скосили на зеленую подкормку. И вот теперь, перед новым урожаем, концентратов не хватало и пришлось купить две тонны в соседнем колхозе. Понятно, что сюда кукурузная дерть могла попасть только со свинофермы, хотя Лямкин клялся, что покупал ее на базаре в райцентре.
— Хватит тебе врать… За целый год никуда не выезжал из села, а твоя Надя тем более: кто же кормил бы корову, свиней, овец, кур, индюков… У тебя же вон целый зоопарк во дворе, — заговорила тетя Луша.
— Мне теща покупала! — выкручивался Лямкин.
— Байки сочиняешь!
Галина подписалась под актом первой. И сразу же почувствовала усталость, словно прошла пешком много километров без отдыха.
Не выходили из памяти, беспокоили слова Лямкина. Но разобраться в этом не было сил. Подумала: «Глупости какие-то. Лямкин со злости выдумал», — и успокоилась. Но через несколько дней заметила, что отношение к ней резко изменилось. Некоторые при встрече на приветствие молча кивали головой и быстро отворачивались. Другие просто старались не замечать. Она начала ощущать на себе взгляды, полные не то подозрения, не то упрека. Однажды с удивлением отметила, что, увидев ее, вдруг замолчали три женщины у колонки, а когда миновала их, то услышала за собой шепот. Наверное, говорили о ней.
Галина задумалась.
Глава восемнадцатая
Через два дня взвешивали свиней. В группе Галины прирост оказался немного больше, чем у Насти, хотя та работала на ферме уже второй год.
Галина шла на обед в веселом настроении.
За кузницей, возле сарая, где хранился инвентарь, она увидела Степана Бондаря и Федьку. Ребята копались в моторе трактора. Степан, заметив ее, быстро отвернулся и что-то сказал товарищу. Тот пошел навстречу Гале.
— А-а-а, инициативная… Мое вам почтение! — Федька снял фуражку и сразу же надел ее. — Как ваш высокопоставленный папаша, не думает отозвать вас из ссылки?
— Что-о-о-о? — опешила Галина.
— Ха-ха! Возмутилась даже! — глаза его злобно прищурились. — Хватит демократку из себя корчить. Знаем, что ты за птичка.
Федька хмыкнул и вернулся к трактору.
Целую минуту Галина простояла на одном месте, мигая глазами, смотрела вслед Федьке.
Так вот почему изменилось отношение к ней!.. Причем здесь отец?