— С колхозом познакомились?
— Не совсем. В двух селах еще не была, — не понимая, что от нее требуют, ответила Галина.
— А молодежь уже всю знаете?
— В нашем селе всю. А что?
— Мне кажется, что пора вам браться за дело.
Радость теплой волной плеснулась в груди, обиды как не было.
— Да еще же рано, Иван Петрович!.. Сажать сад нужно осенью.
Стукалов взглянул на нее с укоризной.
— Для сада — свое время, — серьезно заметил он. — Разве ты не видишь, что работы с молодежью никакой не проводится, что в комсомольской организации полный развал? Никого ничто не волнует, не увлекает. Отсюда такие сюрпризы, как вчера: Андрей Полуянов напился и устроил драку.
— А зачем же вы тогда в клубе похвалили нас? — спросила Галина.
И опять взгляд досады и упрека.
— А что, по-твоему, я сделал тогда неправильно?
— Не знаю… — неуверенно ответила она. — Или сейчас, или тогда вы говорили неправду. Только все мы в тот вечер были рады, счастливы…
Стукалов помолчал.
— Я думаю, что пора тебе браться за комсомольские дела, — пристально взглянул он на нее. — На отчетно-выборном собрании буду предлагать твою кандидатуру в секретари. А насчет состава комитета потом посоветуемся.
— Так я же никогда не была на комсомольской работе! — растерянно проговорила она.
— И я не руководителем родился, а пришлось быть секретарем райкома комсомола. Никогда не был секретарем колхозной парторганизации, а вот работаю… Слушал твое выступление. Хорошо говорила, искренне, и все тебя слушали. Потом еще наблюдал. Считаю, что справишься.
— Да я же в колхозе недавно еще, людей мало знаю, а молодежи здесь много, — взволнованно доказывала Галина.
— Ну, так и что? — повысил голос Стукалов. — Ты же взрослый, серьезный человек!
— Ну, хорошо, я подумаю.
— Думай, но и присматривайся ко всему внимательно, постепенно входи в курс дела. Теперь о другом. Ты со своими бывшими одноклассниками переписываешься?
— Да, почти со всеми.
— И с Тасей Пенкиной?
— Нет. А откуда вы ее знаете?
— Знаю. Где сейчас эта Пенкина?
— Точно не могу сказать. Она мне говорила, что собиралась ехать во Владивосток поступать в институт. Не знаю, возможно, передумала.
Стукалов минуту сидел молча, глядя в одну точку, крутил в руке карандаш. Потом пристально взглянул на Галину.
— А что за человек Виктор Костомаров?
— Виктор? Очень хороший. Умный, я бы сказала, талантливый. В школе был среди лучших учеников. Одним из первых изъявил желание поехать работать в колхоз, призывал других. Вообще, он очень разносторонний человек… Вы читали его стихи в газете?
Стукалов не ответил. Он взял со стола областную газету, подал Галине, указав заметку, очерченную красным карандашом.
— «Из зала суда», — прочитала Галина и удивленно подняла глаза. Но Стукалов что-то искал в ящике.
В заметке сообщалось, что отец Виктора, работая завмагом, совершил растрату и осужден на пять лет тюрьмы.
Галина не могла отвести глаза от газеты. Внутри у нее все кипело, а в голове с бешеной скоростью одна мысль сменялась другой. Вспомнилось, как прижимала к себе голову Виктора, приглаживала его волосы. Чувство брезгливости охватило девушку. Даже вздрогнула, словно ей стало холодно.
— Ну, что? — спросил, наконец, Стукалов.
— И как я могла ему верить? — выдохнула она.
— Ну, ну!.. Ты полегче насчет Виктора! Сама только что говорила, что он замечательный человек, — сухо проговорил Стукалов.
— Да! Говорила, потому что верила. А теперь не верю! Не верю! — закричала Галина.
— Какое же ты имеешь право не верить?
— А как верить?! Он чуть ли не плакал у меня, а не сказал, что его отец вор и уже сидит в тюрьме! В телеграмме говорилось, что отец болен. Я и подумала, что он умер, а Виктор так и не сказал правды!
— Ты думаешь, легко сказать такую правду? Он, возможно, сам отцу верил. Ты эти разговоры прекрати! — чеканил слова Стукалов. — Сын, если он честный человек, за отца не должен отвечать. Представляешь, что это значит для него?.. Трагедия! А ты не доверяешь и уже с презрением относишься. Если мы все отвернемся от парня, что с ним случится? Ты об этом подумала? Надо верить человеку, бороться за него, а не отталкивать! А еще друзьями считались…
Галина, тяжело дыша, смотрела прямо в глаза Стукалову.
— Сейчас Костомаров в степи, — спокойно говорил он. — Через неделю вернется. Ты пойми — сейчас каждый намек будет причинять ему боль. Ты к нему ближе других, знаешь лучше, вместе же росли, учились. Твоя обязанность — не оставлять парня без внимания. Надо чтобы он почувствовал под ногами твердую почву, увидел бы людей, которые доверяют ему. Несчастье глушит человека. Он может потерять голову. В таких случаях коллектив должен помочь.