Дед довольно посмотрел на Виктора и Галину и снова заговорил:
— С нашим крымским солнцем тоже нельзя шутить. Покрутись здесь целый день, а если случится этот самый удар, то кто будет спасать? Краля, кляча эта? А мне еще жить хочется!
Галина и Виктор еще выпили студеной воды. Шофер наполнил ведро и понес к машине.
— Так ты, Василий, не забудь завтра привезти хоть какой-нибудь прутик или палку? Потому что мне здесь еще четыре дня в наряде куковать, — крикнул ему вдогонку дед Яким.
— Привезу, дед, оглоблю. Прутиком твою Кралю не проймешь, — засмеялся шофер.
Галя с Виктором также пошли к машине. Дед шел рядом.
— В гости едете? — спросил он.
— Нет, на работу в колхоз «Рассвет», — ответила Галина.
— Ишь ты!.. На работу… К нам, значит, в колхоз! Вон оно что. Конечно, нам люди очень даже нужны… Так, значит, на работу, говорите? Это хорошо, — бормотал дед, а сам хитро и с недоверием оглядывал обоих с ног до головы.
— Из города, значит?
— Да, из города.
— Угу, это хорошо. А вы, извиняюсь, что же, по своему желанию, или как?
— По комсомольским путевкам, дед, — ответил Виктор. Ему не нравился этот допрос и, чтобы сменить разговор, спросил:
— Вы говорите, что вам четыре дня здесь работать. А потом что — ликвидируется водопой?
— Почему ликвидируется? — проговорил дед, как будто обидевшись. — Кривой Хома меня сменит, из колхоза «Победа». Я, в данном случае, словно межколхозный деятель. Этот колодец на границе между пастбищами двух артелей. Поблизости других водопоев нет. Поэтому мы и работаем здесь по очереди: я, Хома Кривой да еще Гуляев Мишка его подменяет. Через каждые две недели. А так мы с Кралей в деревне работаем, воду на поля и по бригадам развозим.
— Значит, решили попробовать деревенской жизни? — начал было опять дед Яким, но на дороге остановилась еще одна машина. Из кабины вылез грузный усатый водитель.
— Привет, дед Яким! Как успехи? — спросил он.
— Были бы успехи, если б сквозь дыры не убежали, — пожаловался старик, обрадовавшись новому собеседнику.
— Водицей напоишь?
— С удовольствием. Сейчас достанем самой жирной!
Галина с Виктором зашли за машину, сели в тени на подножку. Шофер снова пошел к колодцу за водой.
— Так… Вот как здесь живут, — задумчиво сказал Виктор и засмеялся. — Дед какой интересный. А разговаривает как! Каждую фразу так и хочется записать. Я думал, что только в книгах такие встречаются.
— Вот присмотришься к этой жизни, может, и впрямь напишешь книгу, или уже забросил поэзию? — спросила Галина.
— Нет, не забросил. Пишу иногда, когда вдохновение приходит. Только стесняюсь показывать. Хочешь, Галочка, ты будешь первым читателем, судьей и критиком? Знаешь, как мне это важно — мнение другого человека, тем более человека, которого очень… очень уважаешь.
Виктор осторожно взял руку Гали.
Она сидела задумавшись. Вспомнилось прощание с Петькой Чигориным. Вот так он тогда держал ее руку, только пожатие было крепкое, а не такое несмелое, как у Виктора.
— Хочешь, Галочка, я открою одну свою тайну? — шептал Виктор. — Я для тебя написал одно стихотворение…
— Для меня? — удивилась Галина.
— Да. Вернее, посвятил тебе. И никто, кроме тебя, никогда его не услышит. Я даже рукопись сжег и оставил только в своей памяти. Хочешь послушать?
с чувством начал Виктор и осекся: к машине подходили шоферы в сопровождении деда Якима.
— А куда ж ты сейчас путь держишь? — спросил дед.
— В Подгорное, — ответил усатый.
Галя быстро приподнялась.
— Скажите, а можно с вами доехать? Мне очень надо туда.
— Почему же нельзя? Место есть, садись.
— Вот спасибо…
Она поспешно залезла в кузов машины, вынула из чемодана ботинки, выходное платье, завернула его в газету.
— Витя, возьмешь себе мой чемодан.
Виктор стоял растерянный, не зная, как расценить ее поступок, потом проговорил:
— А как же колхоз?
— Что колхоз? Скажешь, что я приеду дня через два. Понимаешь, у меня в Подгорном дедушка живет. Очень хочется его повидать.
Печальным, обиженным взглядом провожал Виктор машину.
Подошел дед Яким.
— Улетела птичка… Тебя, должно быть, удивляет такое непостоянство? Известное дело — женщины, — вздохнул он. — Это еще ничего. Вот моя покойница Алена, бывало, не такие штучки вытворяла. Я никогда не знал, что она будет делать через минуту. Как-то в сенокос…