- Спасибо.
Лили кивнула ему и потянулась за подносом, чтобы убрать его. Северус поднялся с ковра, где они сидели, первым.
- Я сама, - Эванс увидела, что он намеревался помочь.
- Ладно, тогда до завтра. - Снегг пожал плечами и, несколько удрученный, как ей показалось, вышел из зала в прихожую.
Поднос быстро остался без внимания на раковине в кухне. Лили посмотрела в окно. Дождь не прекращался. Небо с низкими и густыми, почти ватными, облаками окутывало маленький дом среди огромных коттеджей, стоящих вокруг.
Лили не знала, как ей задержать Северуса. Он уже накинул верхнюю одежду.
- Северус, - позвала она тихо.
- Что?
- Ты промокнешь.
Глаза уставились в пол. Руки были сложены в замок. Лили разглядывала трещинку в половицах и чувствовала себя идиоткой.
- Посиди ещё, скоро дождь закончится.
Всего несколько слов. А как трудно они дались.
Странная неловкость сковывала каждую её попытку.
- Мне не по себе, когда погода такая мрачная.
Лили нашла в себе достаточно смелости и посмотрела прямо в глаза.
Снегг молча стоял опять с удивленным видом. С ещё большим удивлением он отметил, что она подошла и снова стянула с его плеч старый пиджак. А он не мог сопротивляться, хоть и понимал абсурдность происходящего.
Как никогда.
- А насчет книг... есть несколько, которые тебя заинтересуют.
Щебетание Лили всегда вводило его в смутно поддающееся описанию состояние, сродни трансу. Он, словно, отключался от остального мира. Северус слушал её внимательно, куда внимательнее, чем она слушала его, и порой находил это занятие чрезвычайно познавательным. Следуя за Лили в дальнюю комнату, где, по-видимому, находилась спальня родителей или сестры, Снегг был готов даже к тому, что она сейчас распахнет для него целый сундук с различными темными артефактами или древними книгами заклинаний.
- Папа не разрешает мне брать его вещи, но просто показать тебе, я думаю, можно, - девочка выдвинула ящик стола и извлекла оттуда железную коробку. Такие были популярны у магглов. В них можно было хранить документы или мелкие деньги. - Северус?
Мальчишка взял коробку в руки. Поставил её на стол и осторожно поддел крышку.
Лили затаила дыхание.
- Похоже, что тебе и в самом деле не стоит трогать его вещи, - Снегг отчего-то опять принялся ерничать. - Избранная лирика Бодлера и Йейтса вряд ли сможет вызвать бурный интерес к магии.
На самом дне лежала потрепанная тетрадь.
- А это, наверное, мемуары? - Северус, всё же, заинтересовался тетрадью и отложил книги. - Никогда не видел ничего подобного...
Лили выглядывала из-за плеча. На титульной странице была корявая подпись. Почерк явно не принадлежал её отцу. Северус вчитался в слова, умещающиеся всего в одной строке, и пораженный, замер.
- Что там?
- Твой отец экспериментирует с рифмами? - Снегг качал головой, закусывая губу, его волосы, спадающие на глаза, мешали. - Или он экспериментирует с магией?
Разврат и Смерть, - трудясь, вы на лобзанья щедры; Пусть ваши рубища труд вечный истерзал, Но ваши пышные и девственные недры Деторождения позор не разверзал.
Отверженный поэт, что, обреченный аду, Давно сменил очаг и ложе на вертеп, В вас обретет покой и горькую усладу: От угрызения спасут вертеп и склеп.
Альков и черный гроб, как два родные брата, В душе, что страшными восторгами богата, Богохуления несчетные родят;
Когда ж мой склеп Разврат замкнет рукой тлетворной, Пусть над семьею мирт, собой чаруя взгляд, Твой кипарис, о Смерть, вдруг встанет тенью чёрной! *
Лили уже слышала это стихотворение. Она знала, что отец увлекается основами стихосложения. Возведя это в привычку, он начал записывать разные поэтические опыты талантливых, но не признанных при жизни поэтов Англии и Франции. Тех, чей литературный путь был тернист, и вызывал у среднестатистических жителей лишь усмешку или расписку в их неспособности оценить глубину метафор и таких необходимых гипербол...
- Северус, мне что-то не по себе, - сказала девочка. - Давай вернём всё на места и пойдем подышим воздухом.
Снегг согласился, не без уговоров. Эта тетрадь в рваной и грязной местами обложке, не давала ему покоя.
- Лили, когда возвращаются твои родители?
- Завтра к вечеру, а что? - Эванс радостно отметила, что дождь закончился, когда они снова оказались в прихожей.
Северус хотел что-то сказать, но потом отмахнулся, надевая пиджак и помогая Лили запереть ключом рассохшуюся входную дверь.
Снегг смотрел себе под ноги, чтобы не наступить «просящим каши» ботинком в глубокую лужу. Лили предусмотрительно надела резиновые сапоги. Они шли своим обычным маршрутом - вдоль пасеки и поля, где пасли скотину. Они шли к реке.