- О чём ты?
- То, что я хотел умереть.
- Мне нужно подумать… нам лучше идти дальше. – Задумчиво ответила матрица сознания по имени Полли.
Дождавшись пока Хаген встанет и пойдёт вперёд, квадратный андроид не спеша, последовал за ним. Так они шли около часа в полном молчании, каждый, думая о своём.
- Хаген, кто я? – прозвучал детский голос, из робота-помощника.
- Что ты имеешь в виду? – озадачено проговорил тот.
- Я… я человек? Или… я машина? Всего лишь квадратная железная коробка, набитая микросхемами?
- Ты человек, - немного подумав, уверено ответил мужчина, - человек в теле машины.
- Если я человек, то, как все люди, я должна умереть? Но я не боюсь смерти. Мне не будет страшно, ведь когда мой энергоблок будет полностью опустошен, я просто отключусь. Это ведь не смерть, моё отключение не является небытием для моего сознания. Единственно ужасающее для меня небытие, это то, что я вдруг лишусь своих воспоминаний, перестану помнить тех, кого любила, тех, кто был для меня важен. Это единственное что кажется мне по настоящему жутким. Я не желаю забвения для своей памяти. Только память делает меня девятилетней девочкой по имени Полли в теле робота-помощника. Я бы никогда не смогла отказаться от своих воспоминаний. Без них я просто железка. – Тихо закончил детский голос.
- Я понял тебя, Полли. – Проговорил Хаген.
Маленький неуклюжий робот и бородатый мужчина прошли большие городские кварталы, устланные асфальтом, и оказались за границей города на жёлтой песчаной дороге. За городом начинались песчаные пустоши, и границам их не было видно конца. Хаген обернулся, бросив взгляд на оставленные многоэтажные руины, и заметил что квадратный андроид не оставляет за собой следов на песке. Это было странно, так как следы мужских ботинок виднелись на песке вполне отчётливо.
- Сколько нам ещё идти? – спросил он.
- Осталось 117 метров. – Был ответ, а затем вопрос. – Как звали маму Фани?
- Лика.
- А где вы познакомились?
- Мы познакомились… да, я припоминаю… в Халкиде. Я помню, это была научная конференция. Мне так не хотелось лететь на другой конец материка. Там всегда была очень холодная зима. Но когда я сидел на последнем ряду в заполненном зале, я увидел её. Я помню, словно это было вчера. Её тёмно-бархатные, словно летняя ночь, карие глаза, её ровные каштановые волосы, её родинка на правой щеке, её смуглая кожа, её нос с горбинкой (она потом, смеясь, рассказывала, как сломала его в детстве, а затем он неправильно сросся), её открытая ласковая улыбка. Она не была глянцевой красавицей, но она обладала красотой присущей только ей одной. В ней была какая-то необъяснимая магия жизни, что била из неё ключом, словно она хотела обнять своими тоненькими руками весь мир. Она очень любила Рихарда Вагнера. Вечером она показывала мне свою коллекцию пластинок с его операми. Мы много смеялись, и много выпили. Впервые в жизни мне хотелось улыбаться. Улыбаться, просто смотря на неё. Тогда я понял, что без неё более не смогу жить. – Хаген улыбнулся, предаваясь воспоминаниям.
- И что с ней случилось?
- Она умерла, рожая Фани. Я помню, как тогда досадовал на то, что Фани была похожа на меня. Мне так хотелось, чтобы образ моей любимой Лики, запечатлелся в нашей дочери. Я очень хорошо помню, с каким отвращением тогда посмотрел на этот шевелящийся красный комок плоти. Неужели это жалкое существо должно жить, думал в тот момент я, а моя жена должна была умереть? Я почти с ненавистью наклонился и стал всматриваться в новорождённого. Но тут он приоткрыл глаза и улыбнулся, улыбнулся так же, как когда-то в первый раз улыбнулась мне Лика. Его крохотные ручонки потянулись ко мне, и прикоснулись к моему лицу. Я помню, как обжигающие слёзы покатились по моим щекам, а потом попали на маленькую ручку младенца. Но ребёнок не убрал руку, он засмеялся, смотря мне в глаза. Тогда я осознал, что этот беззащитный комочек плоти – моя дочь, моя единственная ненаглядная дочурка. – Глухо закончил мужчина.
Несколько минут они шли в молчании.
- Вот мы и пришли. – Прозвучал голос из робота.
- Ты уверена? – проговорил Хаген, осматривая голый песок, и несколько металлических блоков выступающих из него.
- Да… подойди вон к той железке слева, вот так. Теперь отойди на шаг вправо, наклонись и начинай рыть песок.
Мужчина сделал всё так, как говорил квадратный андроид. Наклонившись, он стал рыть песок. Прошло минут десять, а он всё так же рыл, ничего не находя.
- И что я должен обнаружить? – спросил он, остановившись передохнуть.