Услышав это признание, она совсем растерялась.
— Этого не может быть…
— Какая же вы упрямая, — ласково упрекнул ее он. Дразнящие нотки его хрипловатого голоса должны были предостеречь ее о том, что такого мужчину, как Вейн, ее сопротивление не остановит. — Как я могу доказать вам, что это правда?
— В этом нет необходимости…
Вейн наклонился и поцеловал ее. Он ощутил вкус слез и дождя.
Глава 20
Вейн жаждал заключить Изабеллу в объятия с того самого момента, когда она величественно переступила порог особняка лорда Фиддика, облаченная в костюм Цирцеи, со свинкой, которая послушно трусила за ней на поводке. Хотя Изабелла этого не осознавала, она уже успела покорить высшее лондонское общество красотой, спокойствием и острым чувством юмора. Лорд Фиддик, наверное, до сих пор пересказывает всем предложение Изабеллы превратить всех неприятных гостей в свиней. Когда она вручила маленькую свинку графу и его жене в качестве подарка, лорд смеялся так долго, что его лицо приобрело угрожающий малиновый оттенок.
Но не только Фиддик и высший свет были очарованы Изабеллой.
С каждой встречей Вейн желал ее все сильнее. Танцы и украдкой сорванные поцелуи лишь разжигали его аппетит и воображение. Бывали вечера, когда он подолгу не мог заснуть, думая о ней. Он мечтал о ее мягких губах, о застенчиво потупленных глазах, когда она догадывалась о желании, которое он чаще всего старался от нее скрыть.
Убедившись, что буря загнала в дом даже самых отчаянных, Вейн прижал Изабеллу к стенке экипажа и поцеловал ее еще более страстно. Поцелуй, который ему подарила Делия, возможно, и был приятным, но он не ощутил ничего. Понимание, что Изабелла стала свидетельницей этого поцелуя, привело его в ярость. Он должен был догадаться о коварном замысле Делии, прежде чем она заманила его в ту комнату.
Целуя Изабеллу, он испытывал совершенно иные чувства.
Она была само солнечное сияние и невинность. Поцелуи, которыми он покрывал ее лицо, будили в его душе нежность, на которую он прежде не считал себя способным.
Изабелла также сводила его с ума своей пылкостью.
Вейн сбился со счета, сколько раз он хотел забыть, что она принадлежит другому, и унести ее прочь, перекинув через плечо. Позволь она ему, и он держал бы ее в своей постели до тех пор, пока не удалось бы унять огонь в чреслах.
Изабелла легонько выдохнула в щеку Вейна, когда его губы начали опускаться к ее обнаженной шее. У нее была красивая шея, и ему вдруг захотелось увидеть на ней бриллиантовое колье. Примет ли она такой подарок? Но стразы не для Изабеллы Торн!
Его рука по-хозяйски обняла ее за талию.
— Черт бы побрал твой статус почти помолвленной! Здесь, в Лондоне, нет никаких женихов. Поехали со мной! — прошептал он, покусывая ее за ушко.
Над ними раскатисто прогремел гром.
— Что? — растерянно переспросила она. — Делия…
Вейн отстранился и затянутыми в перчатки ладонями обнял ее лицо.
— Ты и сама собиралась покинуть Делию, — напомнил граф. Он продолжал целовать ее, не позволяя опомниться. Если Изабелла не думала о человеке, пожелавшем на ней жениться, то для Вейна он и вовсе был пустым местом. — Поехали. Сейчас.
Он мечтал о том, как станет медленно высвобождать ее из мокрой одежды… Она заслуживала удобной постели, а не быстрого совокупления у дверцы экипажа.
Ее огромные карие глаза сияли.
— Разве это возможно? Нет, это слишком безрассудно…
— У нас будет целая жизнь для того, чтобы совершать что-то рассудочно.
По ее сведенным бровям Вейн понял, что она действительно обдумывает его коварное предложение.
— Но…
Вейн заставил ее замолчать долгим и страстным поцелуем. Губы девушки раскрылись, и он скользнул языком по ее зубам. Он гордился своим умением доставлять дамам наслаждение, отточенным еще в юные годы. И теперь он ласкал, дразнил и соблазнял ее, не произнося ни единого слова.
Он знал, что если это не сработает, то он встанет перед ней на колени и начнет умолять открытым текстом.
— Скажи мне «да».
У него даже дыхание перехватило, потому что Изабелла молчала. Но потом она вдруг начала кивать. Вейн даже не сразу понял, что она согласна поехать с ним.
— Да.
Изабелла одарила его смущенной сияющей улыбкой, неизменно возрождавшей его член к жизни.
Вейн постучал по стенке экипажа.
— Мастон, ты не спишь?
— Заснешь тут, когда по спине бегут ручьи, — раздался ворчливый голос кучера.