Похоже, в их отсутствие ничего не изменилось.
— Бог ты мой, я вас сегодня не ждала! — восклицала экономка, обнимая Изабеллу, затем Делию. Но, увидев высунувшую голову из экипажа мать девушек, женщина нахмурилась. — Это может стоить мне места, но я должна сказать все, что я об этом думаю, миссис Торн. Как вам не стыдно! Как вы могли запереть меня в подвале и сбежать в Лондон? Если бы не миссис Уиллоу, я до сих пор сидела бы в темноте и сырости.
— Не переживайте, миссис Далман, я уже пострадала за свое безрассудство. Меня сурово отчитала Изабелла, а затем еще половина Лондона, — напыщенно произнесла Сибилла, своим тоном заставив дочерей закатить глаза и застонать. Путешествие домой оказалось для них не слишком мучительным, потому что большую часть пути мать спала. Изабелла подозревала, что во время одной из остановок она разыскала в ее вещах пузырек с опием, но была слишком погружена в свои мысли, чтобы разбираться с этим вопросом.
Сибилла проскользнула мимо дочерей. Она все еще сердилась на них за то, что, несмотря на все уговоры, они так и не согласились задержаться в Лондоне.
— Если вам не трудно, миссис Далман, я буду пить чай наверху, — сказала она, обращаясь к экономке.
— Позаботьтесь о том, чтобы это был только чай, — шепотом добавила Изабелла.
— Да, мисс Торн. — Миссис Далман подхватила одну из толстых холщовых сумок и поспешила за Сибиллой.
Изабелла кивком поблагодарила кучера и почтальона, выгрузивших их сундуки из экипажа.
— Надеюсь, сестрица, ты не возражаешь против того, чтобы взяться за второй конец вон того большого сундука. Дни, когда за нами носили вещи лакеи, остались в прошлом.
Делия плюхнулась на сундук и хихикнула.
— Я вообще не помню, чтобы у нас когда-нибудь был хоть один лакей, сестрица.
— У тебя появилось бы много лакеев, если бы ты вышла замуж за лорда Вейнрайта.
Изабелла произнесла это небрежным тоном, как бы поддразнивая сестру, хотя ее сердце разрывалось от боли.
— Полный дом слуг, выполняющих любое мое желание… — мечтательно отозвалась Делия. — Ради этого можно было рискнуть и выйти замуж за мужчину, который с трудом меня терпит.
Изабелла уселась на противоположный конец сундука. Она наклонилась и опустила на землю своего полосатого котенка. Он тут же растянулся на траве и начал играть, перекатываясь с боку на бок.
— Ты нравилась Вейну… э-э… лорду Вейнрайту. — «Во всяком случае, достаточно для того, чтобы не сопротивляться твоим поцелуям», — мрачно подумала Изабелла, вспоминая вечер бала-маскарада. — Леди Нетерли тоже была о тебе самого высокого мнения.
Делия затрясла головой.
— Граф и смотреть на меня не хотел. Во всяком случае так, как он смотрел на тебя. — Делия помахала рукой кучеру, который, коснувшись пальцами полей шляпы, попрощался с сестрами. — Возможно, тебе лучше было бы остаться. Пока лорд Вейнрайт немного успокоится…
— Нет, — отрезала Изабелла. — Из этого все равно ничего не вышло бы. Леди Нетерли хотела, чтобы женой ее сына стала ты. Что касается Вейна… Он никогда не простит мне участия в этом заговоре. Да и вообще, я скучала по Коутерсейджу. Наше место здесь.
— Только не мое. — Ее сестра посмотрела вслед облаку пыли, поднявшемуся за удаляющимся экипажем. — Тебе, может, и хочется похоронить себя в деревне, но я планирую вернуться в Лондон. Твой граф был там не единственным холостым джентльменом.
— Он не мой граф, — запротестовала Изабелла. Что толку в этих спорах! Она остановила себя и с глубоким вздохом поднялась с сундука. — Пойдем. Миссис Далман возится с Сибиллой, а эти сундуки необходимо затащить в дом до того, как стемнеет.
К десяти часам вечера в доме воцарилась тишина. Когда Изабелла с помощью миссис Далман распаковала сундуки, то поразилась тому, как быстро вошла в прежний ритм жизни. Она помогла экономке накрыть стол к ужину. К ее облегчению, Сибилла попросила, чтобы ей принесли еду в ее комнату на втором этаже. Она все еще дулась на дочерей, но Изабелла была слишком поглощена собственными переживаниями, чтобы испытывать чувство вины из-за уязвленного самолюбия матери.
После ужина Изабелла немного поиграла с Делией в «пикет». Ни одна из них не испытывала к игре ни малейшего интереса, поэтому к девяти часам обе девушки решили разойтись и лечь спать.
К сожалению, сон к Изабелле не шел. Котенок, которого она нарекла Кристофером, свернулся в маленький рыжий клубок и уткнул нос ей в волосы где-то возле правого уха.