В себя я пришел во время лечения своего израненного тела — похоже Элтруун не сдерживалась. Впрочем — как обычно. Однако, когда в поле моего зрения возникло ее довольное лицо, я понял, что она в отличном настроении. Садистка стервозная. Вот уж чего у нее не отнять. Наверняка оттянулась на мне по полной программе. Как же — я опять задел Ее Величество… После необычно долгой процедуры лечения, я, с трудом, поднялся и поискал глазами «Секущую». Она обнаружилась рядом со мной, воткнувшаяся в пол полигона на половину лезвия. Контраст из бело-серого песка и черно-золотой косы был непередаваем. Когда я выдернул ее, Элтруун произнесла:
— В целом неплохо. Двигаешься уже нормально и со скоростью уже все отлично. Воображение на уровне. Только техника еще не совершенна да опыта мало. Но это все дело поправимое. Ладно, начинай танец…
— До какого движения? — решил уточнить я.
— До какого знаешь. — почти доброжелательно ухмыльнулась она.
Я сделал знак хранительнице и она принесла мне цилиндрическую стальную флягу с водой. Сделав пару глотков, я вернул ее и ста; — На поле боя воды может и не быть.
Я хмыкнул в ответ: nbsp;nbsp; nbsp;
— На поле боя я сожгу своих врагов в секунды.
Наша, успевшая стать уже традицией, легкая перебранка.
— Ладно. — Элтруун, как обычно, после этого моего заявления поскучнела и начала командовать вяло-ленивым голосом:
— Ка! Тхе! Ка! Тхе!..
Завершил я на шестьдесят третьем шаге, показанном на прошлом занятии. Элтррун почти радостно улыбнулась:
— Надо же — почти без ошибок. С твоим рекином у тебя получается намного лучше чем с тэ-еаш. Ладно, на сегодня все. Переодевайся и иди за мной.
Стянув с себя иссеченные треники, и недовольно покрутив их в руках, я стал натягивать свои, украшенные золотой вязью знаков кожаные штаны, сапожки на мягкой подошве, рубашка, кричаще-изысканный камзол, регалии и немногие драгоценности. Моя хранительница уложила мои волосы в прическу и закрепила коротенький белый хвост черной шелковой лентой. Помыться бы сейчас. Вздохнув, я обернулся и, застав Элтруун за навешиванием на свои уши внушительного набора разнообразных сережек-амулетов, сделанных из драгоценных металлов и сплавов, стал терпеливо ожидать ее. Древняя во всю крутилась перед зеркалом, которое держала одна из жриц ее охраны. У меня же сережек было всего две и носил я их на правом ухе. Они были небольшими, но искусно выполненными. Одна из них была стилизованным символом нашего Дома, а другая выполняла функцию связи. Учтя мою особенность, наши ювелиры сделали их из адаманта. Кстати, при разграблении другой половины развалин Ишакши было обнаружено несколько тайников-хранилищ, которые, очевидно, выполняли функцию денежного и материального резерва иллитидов. Сам я не видел, но, по слухам, там было только редких металлов около тонны…