— Эта ак-еаш была совсем недавно закончена. Ее изготовил мастер Сорхесей специально для тебя. Я думала, отдать ее тебе, когда ты закончишь обучение, но в связи с последними событиями будет лучше, если ты получишь ее сейчас.
Я не смог сдержать восхищения, пропитавшего мой вопрос:
— Так это мне?
— Да.
Осторожно дотронувшись рукой и проведя ладонью по невероятному произведению искусства, я осторожно охватил рукоять пальцами и неожиданно легко снял трость «ак-еаши» с поддержек. Первым моим впечатлением было то, что «ак-еаш» была больше чем в два раза легче моей тренировочной восьмиметровой «тэ-еаш» и казалась хрупкой тростинкой у меня в руке. Как-то не вязалась у меня в уме фантастическая прочность и стойкость к любым вредоносным воздействиям с этим изящным оружием. Бросив взгляд на Элтруун, я неожиданно обнаружил, что она и ее свита отошла от меня на четыре метра, образовав с моими хранительницами круг, в центре которого стоял я со сложенной плетью в руках. Древняя произнесла:
— Давай «шаги» с тридцатого по тридцать пятый.
Став в стойку, я щелкнул пружинным фиксатором распуская плеть и крутнувшись увлек ее тело за собой. Неожиданно, я услышал гудение-свист, источником которого были звенья плети, рассекающие воздух. Временами, когда я крутил ее хвост, выполняя очередные движения «шагов», свист становился пронзительно-громким. Закончив последнее движение, я замер. Элтруун подошла и произнесла, чуть поморщившись:
— Какая-то она шумноватая, но «еаши» никогда не были оружием бесшумного убийства…
— А мне понравилось. — произнес я. — А почему ты мне ее дала сейчас?
Древняя чуть дернула уголком своих пухленьких губок и ответила:
— Они собираются призвать что-то, а адамант эффективен против всех типов защит и рубит любую плоть. Даже демонов.
— Ты предполагаешь, что…
Элтруун прервала меня:
— Да ничего я не предполагаю! Но то что собрались натравить на тебя по определению не может быть чем-то незначительным. Я не согласна с Эльвиаран. Она считает, что все будет в рамках «кахртэ»? Я знаю одно: если бы я планировала твое устранение, то «кахртэ» был бы для меня не указ… О, проклятые Владыки Ада! Да я бы пол города заровняла, если бы это могло бы помочь тебя умертвить. И попробуй скажи, что я не права!
— Хм.
Древняя чуть сощурилась:
— А вот теперь подумай: что произойдет в Шестом Храме после твоей смерти? На тебя слишком много всего завязано. Если ты еще думаешь, то отвечу я: то, что было полгода назад, покажется детской игрой «В темноту» по сравнению c тем кровавым мраком, что разверзнется в городе. Это будет не «кахртэ», а полномасштабная гражданская война.
— Но Эльвиаран…
— Матриарх говорила то, что хотела сказать. Ты думал о своем наследии? Восемь сотен Атар, считающих себя частью Дома и Княгиня с личным гнездом в три с хвостом сотни высших вампиров. Я знаю о Драколичах в развалинах Ишакши. Как ты думаешь, что будет с этой огромной силой после твоей смерти? Если ты думаешь, что Эльвиаран забыла годы, проведенные в плену, то ты глубоко ошибаешься! После того, как изведут даже саму память о иллитидах, Эльвиаран вспомнит, кто убил Ильриельшара, ее единственную привязанность в ее проклятой Богами жизни! Список ее личных врагов настолько длинен, что после того как она вычеркнет из него последнее имя Альверист`ас превратится в заваленные трупами руины! Если это место вообще уцелеет… И твоя жизнь — единственное, что удерживает эту чудовищную лавину над нами. — подняв ладонь она остановила мои возражения и продолжила: — Я знаю, что ты хочешь возразить. Воля Богини и Хетрос? Первое можно коверкать так, как заблагорассудится. Это еще Шестой Храм доказал. А второе…Эфемерный враг, которого почти никто не видел? Ха! Кое-кто может решить, что пока о нем нет вестей, то можно свети пару-другую личных счетов.
Воспользовавшись тем, что она замолчала, я все таки вставил пару слов:
— Ты думаешь Эльвиаран предала меня?
— Нет. Не так категорично. Просто ее устроит любой финал этой истории и в случае твоей смерти горевать о тебе она долго не будет.
— Она же будет рядом со мной.
Элтруун повернулась к строящейся колонне солдат и произнесла:
— Нет. Отнюдь не рядом, а метрах в двадцати. В случае чего — она сумеет вырваться.
Древняя покосилась на нашу охрану, создавшую вокруг нас сплошной круг и удерживающую вокруг нас одно из заклинаний, скрадывающих звуки нашего разговора.