Чувство долга велело ему убедиться, что Талан мертв, хотя это казалось простой формальностью: Ворон по-прежнему лежал неподвижно. Уилл шагнул к Талану, и в это время за спиной у него открылась дверь. Он развернулся, держа наготове мечи, и инстинктивно попятился. С губ были готовы сорваться слова извинения.
Алан вошел в просторную комнату. Здесь было холодно и темно, но ему удалось разглядеть разбросанные стулья и открытую дверь в другом конце помещения. За ней раздавались крики и звуки сражения. Алан сжимал в руке меч, но совершенно не знал, что с ним делать. Теперь он понял значение того взгляда, которым посмотрел на него Хирад, когда объяснял свою тактику хаоса. Варвар не презирал его, он просто не был уверен в нем. Алан рухнул в кресло, обитое бархатом, и потерял сознание.
Тревис побрел назад и открыл дверь, ведущую в основной коридор второго этажа. Но едва он прошел в нее, как был атакован какой-то тварью. Расправив перепончатые крылья, она стрелой взвилась с лестницы и бросилась на Капитана. Ее когти вонзились в волосы Капитану, а остроконечный хвост обвился вокруг его левой руки. Тварь свесила сверху морду и заглянула в глаза Тревису. Она была не больше рыночной обезьянки.
Капитан отпрыгнул назад, но и морда прыгнула вместе с ним. Тревис был готов поклясться, что тварь улыбается, — но ведь она не могла быть разумной. Безусловно, она не могла быть наделена разумом. Капитан был в этом уверен. Но он не мог отвести глаз от безобразной морды, и неприятный холодок пробежал у него по спине.
Блестящая кожа туго обтягивала череп, лишенный волос, и под тонкой кожей можно было увидеть, как бежит кровь по венам. Тварь слегка наклонила морду и снова улыбнулась, обнажив два ряда острых как иглы зубов. Она высунула язычок и стремительно лизнула Тревиса в губы.
Капитан подумал, что его сейчас вырвет, но черные, глубоко утопающие в глазницах глаза твари полностью подчинили себе его тело.
А потом лапы-руки твари опустились и сжали Тревису щеки. Острые когти глубоко вонзились под кожу, и капельки крови побежали по лицу Капитана. Тварь наклонилась ближе, обжигая своим горячим зловонным дыханием глаза Тревиса. Капитан моргнул и попытался отклониться, но тело его не слушалось.
— Пойдем, — сказала тварь. Ее хриплый голос с шипением вырывался из горла. Тревис задрожал и схватился за свой живот. — Пойдем со мной.
— Куда? — удалось выговорить Капитану. И тварь снова улыбнулась — отвратительная картина. Тревис закрыл глаза, но все равно видел эту улыбку, она запечатлелась в его сознании.
— Мой хозяин требует, чтобы ты пришел. Здесь недалеко. Шагай. — Морда исчезла, но когти еще сильнее впились в лицо Тревиса. Хвост твари обвил его правую руку и поднял ее от ножен.
И Тревис зашагал вперед, не сомневаясь, что это последняя прогулка в его жизни.
Придя в себя, Алан вскочил, и у него тут же закружилась голова. Он слышал шум сражения наверху и крики умирающих людей. Они дерутся и умирают ради него. И где-то здесь его дети и его жена.
Алан почувствовал, как в нем закипает дикая ярость. Она подстегнула его, как поцелуй девственницы. Желание заставить кого-нибудь заплатить за те мучения, через которые прошла его семья, овладело им и вытеснило страх из его души. Сегодня его меч в первый раз прольет чью-то кровь.
У Алана не было никаких сомнений, что их держат наверху. Он подбежал к открытой двери, стремглав взлетел по лестнице и остановился на площадке. С противоположного конца коридора навстречу ему шел человек с непонятным предметом на голове. На Алана он не обратил никакого внимания. Алан поднял меч, чтобы сразить этого человека, но тут его взгляд встретился с глазами кота, которого он видел у Хирада, и что-то в глазах животного остановило его. Откуда-то явилась мысль, что нужно идти к двери в конце коридора.
Алан машинально кивнул и побежал по коридору. Его цель была близка, он чувствовал их. Боги, он вот-вот уловит их запах! Его мальчики здесь и он спасет их!
Он влетел в дверь, пробежал по узкому проходу, ворвался в комнату охраны и чуть не опрокинул стул, на котором сидел охранник. Воин не успел ничего понять — Алан стремительным боковым ударом перерубил ему горло. Боясь даже подумать о том, что он только что сделал, Алан взбежал по спиральной лестнице.
Белокурые волосы Ирейн были всклокочены, ночная рубашка порвана. Она подошла к нему и схватила за плечи.
— Мои мальчики? — закричала она, впившись взглядом в лицо Фрона. — Вы нашли моих мальчиков? Фрон покачал головой.
— Нет… — начал он, но Ирейн уже рванулась мимо с пронзительным криком: — Глупцы! Они убьют их. Они сказали, что убьют их! — Она слетела по лестнице, промчалась по комнате и выбежала в коридор, Фрон бежал следом. Ирейн повернула налево, открыла дверь и нырнула в узкий проход. Сверху донесся чей-то плач, потом — звон мечей. Ирейн побежала еще быстрее.
— Подумай, Селик, тебе нет смысла меня убивать. Я же еще не расплатился с тобой. — Уилл продолжал пятиться, зная, что за спиной у него в нескольких шагах есть еще одна дверь. Он молился, чтобы она оказалась незапертой.
— Конечно, не отдал долг. Только когда-то ты был должен мне деньги, а сейчас — жизнь.
Уилл тяжело сглотнул. Все было предельно просто: если дверь за его спиной закрыта, он умрет. Он отступил еще на шаг.