Артём взял меня рукой за подбородок и мне пришлось взглянуть в его голубые глаза. Они смотрели даже не осуждающе, а с невероятной печалью. Тём, казалось, уже не злился, в его взгляде я видела лишь страх. Страх и отчаяние.
— Можешь говорить обо мне, всё, что думаешь. Я пойму… — произнесла, чтобы хоть как-то нарушить эту тишину. Но Артём ошарашил меня:
— Давай представим, что ты ничего не говорила, — он зажмурился и помотал головой. Затем взял меня за плечи и приблизился к моему лицу. — Я постараюсь не думать об этом. Мы сможем это преодолеть. Я люблю тебя. Мия, понимаешь? Люблю. Мы справимся. У тебя был шок. Поэтому ты и повелась на этого ублюдка, — теперь Тём меня не просто пугал. Я недоумевала от его вывода. Только что призналась, что переспала с его соперником, а он готов на всё закрыть глаза. Он попытался меня обнять, а я поспешила отстраниться. — Уедем отсюда. На время. Тебе нужно отвлечься. И забудем этого мерзавца, будто его и не было, — Тём взял меня обеими руками за лицо и даже попытался улыбнуться. Его действия выглядели, мягко сказать, безумно. К тому же то, в чем он меня пытался убедить, что мы преодолеем это, что я преодолею свои чувства к Нику, совсем не верилось.
— Нет, Тём. Не забудем, — уверенно помотала головой, не представляя, что Артём может сделать на такие мои слова, но чувства страха больше не испытывала. Будь что будет. Я и сама не знала, что теперь делать, как жить дальше. Но врать самой себе больше не хотела.
— Каков ублюдок! Он не может оставить нас в покое даже сейчас! Ты никогда его больше не увидишь, Мия! Понимаешь? Всё, его нет! Смирись и живи дальше!
Теперь я испуганно хлопала глазами. Каждое воспоминание об этом делало лишь больнее, а Тём никак не мог успокоиться. Он больно сжал мои плечи, словно не я стояла перед ним, а невидимый соперник, и произнёс сквозь зубы:
— Мерзавец. Сделал свое дело. Это же и был его план.
Глава 25. Новые обстоятельства
— Мерзавец, — вновь повторил Артём и, всё же обратив внимание на то, что сжимает мои плечи слишком сильно, хватку ослабил.
— Как выяснилось, Ник не такой уж и мерзавцем, — тихо произнесла я и добавила: — Он мне всё рассказал, Тём. И то, что произошло той ночью, тоже знаю. Ты со мной отчасти благодаря ему.
Если уж он и решил обвинять Никиту, то пусть вспомнит, что тот рискуя, поспособствовал моему освобождению, и выбрал в качестве того, кого я буду считать героем именно его. Я не видела смысла делать вид, что не в курсе подробностей нашего ночного побега. А если бы Ник тогда не отпустил меня с Артёмом, не помог ему, сообщив, где меня держат, и не осуществив свой план, мы бы не сблизились так с ним. Тем не менее остальное: всё же мой выбор. И Тёма не в чем обвинить. Он умолчал о роли Ника, но всё остальное время вёл себя вполне достойно.
— Я понимаю, почему ты мне ничего не говорил. И не осуждаю тебя, но нужно было сразу рассказать, — Тем широко открыв глаза рассматривал меня. Почему его так испугали мои слова? — В любом случае, я теперь всё знаю.
— Знаешь… — тихо произнёс он, едва пошевелив губами. — Мия, я… — мне удалось обойти его и теперь я стояла от него в двух шагах и могла перевести дыхание. — Поэтому ты так холодина ко мне… Нам ведь было так хорошо вместе. Вспомни, как нам было хорошо, — он снова стоял рядом. Очередная попытка обнять, мне было жаль его, но предложить ему ничего не могла.
— Тём не нужно.
— Прости меня. Прости… Он обещал не говорить тебе всего. Прости. Я не мог тебе признаться. Я понял, что это мой шанс, понимаешь? Я опередил его, пришел раньше. И ты приняла меня.
Что он несёт? Кого он опередил и куда пришел раньше? Ник мне что-то не договорил о моем побеге? И почему Тём так усердно просит прощения? Голова шла кругом, а язык и вовсе онемел.
— Но ведь нам было хорошо. Всё было не зря. Ты согласилась быть со мной, стать моей женой, значит, я тебе небезразличен, — Тем уже заключил меня в объятия, воспользовавшись моим замешательством, и всё это шептал мне уже на ухо.
— Та ночь была моей последней надеждой, я с ума по тебе сходил. И схожу. Ты дала мне шанс. Этот ублюдок обещал, что ничего тебе не расскажет, но я должен был предугадать. Ему нельзя было верить. Я собирался тебе сказать, правда. И даже однажды сказал, но ты меня не услышала. А я испугался. Испугался, что если ты узнаешь, что я взломал твою страницу и, наблюдая в ту ночь за вашей перепиской, воспользовался ситуацией, опередив его, то сразу бросишь меня. Скажи, что ты не жалеешь, Мия. Ты ведь любишь меня? Неважно. Только не бросай меня, прошу. Я тебя люблю. Люблю.
— Что?
— Я тебя люблю. Люблю… — Тём шептал, как заведённый, но я его уже не слушала.
— Артём?! — к глазам начали подступает слёзы, а в голове стоял гул. Нет. Это какой-то кошмар. Что? Как? Сердце остановилось и, кажется, пульс просто забыл, что ему надо бы усиленно стучать, чтобы вернуть мое сознание к реальности. — Что ты сказал? Ты взломал мою страницу?
Взгляд Тёма замер. А я вдруг всё поняла. Всё. Он смотрел на меня не моргая и крепко сжимал мою руку. Но я поспешила разжать его пальцы.
— Что. Ты. Сказал. Тём? Ты… Той ночью… Это писал не ты?!
— То есть… Он не сказал тебе про это? Я подумал… Ты сказала, что всё знаешь… Мия… — снова попытался ухватить меня, на этот раз за плечи. Но я не дала ему это сделать:
— Не трогай меня, — мой голос звучал уверено, но, видимо, недостаточно, чтобы Артем прекратил свои попытки меня обнять. — Убирайся!
— Мия, не надо, прошу…
— Я сказала — убирайся! — не заметила, как перешла на крик. Я вообще вряд ли бы сейчас могла сдерживать эмоции.
Голова закружилась, а к горлу подступили ком. Мне кажется, я перестала различать предметы, лишь почувствовала, как он меня всё же обнял.
— Уходи! Оставь меня в покое, Тём! Не хочу тебя видеть! Убирайся! — я кричала, что есть сил и колотила его по груди. Это был Ник. Я переписывалась той ночью с ним. Как и предполагала изначально. Тём не мог знать про нашу песню, и отговорка его была тогда слишком поверхностной. Я ведь обратила на это внимание, но вспоминая своё состояние, не удивительно, что поверила, будто песня просто совпадение. Да, я была виновата тогда, но считала, что сама допустила ошибку, приняв Артёма за Ника, а выясняется, что не такая уж я и дура. Хотя не без этого. Я себя наизнакну вывернула, пытаясь исправить то, что натворила. Взвалила на себя всю ответственность за тот поступок. Но в ту ночь была не единственной, кого можно обвинять в нашем с Артёмом сближении! И он всё знал!
— Мия. Пожалуйста, не прогоняй меня, — снова испуганный голос Тёма и его руки, крепко сжимающие меня в объятиях. Я уже не контролировала себя, отталкивала его, что есть сил, и кричала, чтобы уходил, а он опустился на колени и теперь обнимал меня, уткнувшись головой мне куда-то в живот:
— Прошу тебя, Мия. Дай мне шанс, я всё исправлю.
— Исправишь?!
— Скажи, что мне делать, но не прогоняй. Я буду рядом. Я искуплю свою вину. Без тебя сойду с ума!
— Верни мне его.
Наконец-то, воцарилось молчание. Мы оба знали, что это невозможно. Всё могло бы быть по-другому, если бы Артём не решил устроить своё счастье.
— Уходи. И никогда больше меня не трогай.
Артем поднялся с колен и, больше не делая попытки себя оправдать, понуро направился к двери. Взявшись за ручку он обернулся:
— Ты когда-то уже мне отказывала. Успокоишься и по-другому на это посмотришь. С этим убийцей у тебя не могло быть ничего общего. А я… Я буду тебя ждать. Знай, я жду тебя, Мия.
Он ещё раз взглянул меня с тоской в голубых глазах и вышел. Послышался звук шагов по лестнице, а через время где-то внизу хлопнула входная дверь. Тём, наконец-то, ушёл. А я присела на кровать и беззвучно затряслась. Ведь чувствовала тогда его присутствие, решив что просто схожу с ума. И дверь. Дверь тогда захлопнулась не от ветра. Это был Ник. Он уже тогда решил уйти из моей жизни. Прерывистые всхлипы перешли в рыдания, а катившиеся слёзы словно оставляли на щеках невидимые следы отчаяния. Я уткнулась в подушку и закричала. Хорошо, что дома никого не было, хотя в тот момент меня это мало заботило. Ник рассказывал мне тогда в подвале, что ушёл однажды, оставив ту девушку с парнем, который на его глазах срывал с неё одежду. Ушёл. Потому что с ним ей будет лучше. Теперь я точно знала о ком он говорил. Только ты ошибся, Ник. Не лучше. Мне ни с кем не будет лучше, чем с тобой.