— Чего бы ты понимал, — фыркнула я и гордо ушла в комнату вместе с дымящейся сковородкой.
Но голод творит чудеса даже с произведениями моей кулинарии, так что загорелое яство я слопала, не поморщившись. И о чудо! жизнь сразу же стала прекрасней. Я даже попыталась решить задачи по логистике, но никак не могла сосредоточиться. Радужные мысли о завтрашней встрече с Сергеем упрямо сменялись злостью на Макса. Если честно, я ведь была уверена, что тогда в кофейне он просто так говорил, бросал слова на ветер. И у меня даже мысли не возникло, что он серьезно намерен воплощать это в жизнь. Точнее, что у него хватит на это наглости. Но, как оказалось, наглости у него было с избытком.
Ирка вернулась, когда я с горя раз в третий решила попить чаю. Моя подруга сияла от радости. Мало того, что ноутбук никуда не делся, так к нему еще добавился букет из темно-красных роз. Точнее букетище, потому что цветов в нем было десятков пять, не меньше. Без какой-либо упаковки, просто охапка цветов. Комната мгновенно наполнилась легким ароматом. Я не успела нахмуриться, как Ира категорично заявила:
— Лерка, спокойно, это мои. На, подержи, я разденусь.
Букет перекочевал ко мне. Причем какая-то противная роза умудрилась кольнуть меня шипами.
— Ты прикинь, я с этой красотой шла, так все встречные тетки от зависти головы чуть не посворачивали, — смеясь, она разулась и скинула куртку.
— Где взяла-то? — полюбопытствовала я.
— А вот, — Ирка была сама загадочность, — подарили.
— Ну а с ноутом что? — я помрачнела. — Максима не было?
— Почему, был, — Ира переоделась в любимый махровый халатик. — Я ему твое мнение не понимающего своего счастья барана передала.
— А он что?
— А он сказал, что если ноутбук тебе не нужен, то можешь его выкинуть, — она схватила мою кружку с чаем, отхлебнула и поморщилась. — Блин, Лерка, чего сахару-то пожалела?.. В общем, будем считать, что ты ноут выкинула, а я подобрала. Но не переживай, буду давать тебе им пользоваться, я добрая, — она захихикала.
Продолжить этот разговор мы смогли только поздно вечером. Просто нагрянула Иркина одногруппница Юля, которая жила этажом ниже, и пока не рассказала нам все сплетни, не ушла. Да и то если бы не моя многозначительная зевота, она бы еще долго приседала на уши.
Уже когда мы с Ирой разбрелись по кроватям, моя подружка сказала:
— Знаешь, что странно, он даже не удивился.
— Кто? — не поняла я, закончив печатать Сергею пожелание сладких снов.
— Максим. Лично у меня сложилось такое впечатление, что другой реакции он и не ждал.
— Да ну его в топку, Ир, — я закуталась в одеяло, надеясь поскорее согреться.
Колченогий старинный обогреватель, который мы вытащили из-под кровати, еще толком не нагрелся, так что в комнате было ощутимо холодно. Если бы не запрет и постоянный контроль коменданта, то не приходилось бы отключать на день единственный источник тепла и уж тем более прятать под кроватью. Мол, проводка слабая, пожар может быть. Легко так коменданту говорить, когда живет не в общаге, а в теплой квартире, где батареи не для красоты навешаны.
— Лер, — прервала Ира мои мрачные мысли, — ты ведь не обиделась на меня? — в голосе сквозило неприкрытое чувство вины. — Ведь все равно бы ты цветы выкинула, а мне жалко очень.
— Да нормально все, Ир, — отозвалась я в полумрак комнаты, — я фазу поняла, что розы тоже от него.
— Я его, кстати, предупредила, что ты не возьмешь. А он сказал все равно тебе передать. Ну а возьмешь или нет — ему, мол, неинтересно. В общем, не догоняю я чего-то.
— Он просто хотел меня позлить, — я зевнула. — Видишь ли, я в его теорию мироустройства не вписываюсь и даже имею наглость ее опровергать. Вот он и хочет доказать, что я такая же, как и все.
— Кому доказать? — не поняла Ира.
— И себе, и мне. Да только бессмысленно это. И вообще, — я не сдержала улыбки, — завтра я, наконец, встречусь с любимым.
Глава третья
Так нервничала из-за предстоящей встречи, что всю ночь не сомкнула глаз. В итоге уснула лишь под утро и поход в универ благополучно проспала. Проснулась, только когда Ира пришла с пар и своим топаньем по комнате меня разбудила.
— Времени-то сколько? — пролепетала я, нехотя высовываясь из-под одеяла.