Я осторожно прошла к ресепшену и встала спиной к разговаривающей парочке. Взяла первый попавшийся буклет на стойке и принялась делать вид, что внимательно его изучаю. На деле же я старательно вслушивалась в разговор этих двоих.
— Неужели так тяжело было сказать, что приехал? — расстроено спросила женщина. — Хотя бы родителям.
— У меня деловая поездка. Через неделю я вернусь в Архангельск, — сухо ответил Аренин.
— И когда вернёшься?
— Летом, после сессии. Ты же знаешь.
— И все? Больше никуда не уедешь?
— Не знаю, посмотрим.
— Юр, ты обещал, что это в последний раз. И мне, и родителям! Сколько уже можно откладывать нашу свадьбу?!
Свадьбу? Так эта брюнетка — невеста моего Аренина?
Внутри вдруг что-то резко оборвалось. Видимо, та нить надежды, что связывала меня с Юрием Сергеевичем, взяла и лопнула.
— Рит, я пока к этому не готов, — ответил ей Аренин.
Я тут же вновь воспаряла духом. Фраза «не готов» приравнивается к «не хочу», а если Аренин не хочет жениться на этой Рите, то у меня еще есть шанс!
— А я готова! Уже давно готова! Я ведь с пятнадцати лет тебя люблю! — голос Риты дрогнул. Кажется, она плакала.
— Ну прости, пожалуйста, — Аренин немного смягчения. — Мне просто все еще тяжело воспринимать тебя как свою невесту. Ты мне больше как сестра, мы же с детства дружим.
— Сестра, значит? — тон Риты поменялся. Я больше не слышала в нем жалости, теперь явственно ощущая стальные нотки. — Хорошо. Я тебя поняла. Знаешь, мне надоело ждать, когда ты будешь готов к взрослой жизни. Я немедленно поеду к твоему отцу и расскажу ему, что ты не хочешь жениться на мне, не хочешь получить часть акций моего отца и стать его приёмником. Посмотрим, как на это отреагирует Сергей Витальевич!
— Рита, стой! — крикнул Аренин. — Не смей жаловаться моему отцу!
Я повернулась к выходу и успела увидеть, как в дверях мелькнула спина Аренина.
Вот же мерзкая шантажистка! Была бы возможность, я бы ей все ее идеально уложенные волосы повыдирала! Жаль, я приличная девушка и скандалов не терплю.
Выбегать на улицу за Арениным я не стала. Села на диванчик в фойе и принялась ждать его возвращения, листая глянцевые журналы.
Ожидание затягивалось. Прошёл час, затем еще и еще. Ко мне уже раз двадцать подошли сотрудники отеля с вопросами «все ли хорошо?» и «чем вам помочь?». И каждый раз я с улыбкой отвечала, что жду человека.
Этот человек пришёл, когда на улице уже стемнело. Шатаясь, вошёл в фойе и чуть не упал на стоящий у входа внушительных размеров фикус.
— Юрий Сергеевич! — Я тут же кинулась к нему. — Что с вами?
Аренин поднял на меня замутнённый взгляд.
— О, вездесущая Шмелева, — усмехнулся он.
Меня обдало запахом перегара и сигарет. Это насколько же его Рита достала, что он, такой правильный и интеллигентный, так нажрался?
— Аккуратнее, Юрий Сергеевич, — пробормотала я, придерживая его за локти.
— Да я не пьяный, — отмахнулся Аренин.
К нам подоспел охранник и предложил свою помощь.
— Я вполне могу идти сам. — Аренин вдруг выпрямился и ровно зашагал к лифту. Ну, почти ровно.
Поблагодарив охранника, я поспешила за Арениным.
— Что случилось, Юрий Сергеевич? — спросила я, когда мы вошли в лифт.
Аренин прислонился спиной к зеркалу и прикрыл глаза.
— Все-то тебе надо про меня знать, Шмелева, — вздохнул он. — Так на мне помешалась?
Совсем помешалась, подумала я. Вслух же ничего не сказала.
До нашего этажа мы доехали в молчании. Когда двери лифта раскрылись, я на миг замерла, всматриваясь в тёмный коридор.
— А почему свет не горит? — не поняла я.
— Надеюсь, это лишь в коридоре, — пробормотал Аренин и вышел из лифта.
Я последовала за ним. Двери лифта, из которых лился свет, закрылись. Воцарилась темнота.
— Ай! — воскликнула я, ударившись носом о спину Аренина.
Вздохнув, он нашарил мою ладонь. Крепко сжав ее, повел меня по коридору, подсвечивая дорогу телефоном.
Остановившись у своего номера, Аренин приложила к замку ключ-карту. Дверь с писком открылась. Аренин шагнул внутрь и включил свет.
— Света нет только в коридоре, — сказал он, повернувшись ко мне.
— У вас точно все хорошо? — тихо спросила я, всматриваясь в уставшее лицо Аренина.
Он молчал, тоже пристально глядя на меня.
— О чем вы думаете? — задала новый вопрос я, так и не получив ответ на предыдущий.
В этот раз Аренин ответил почти сразу:
— Я думаю, что будет, если я скажу тебе, что у меня не все хорошо. Что тогда ты сделаешь?
— Я вас пожалею, — ответила я, не сводя взгляда от его льдистых глаз.
— И как же? — едва слышно выдохнул Аренин.
Я сделала смелый шаг вперед, к нему навстречу. Его грудь под вязаным кардиганом часто вздымалась и опадала. Мою же грудную клетку сотрясало участившееся биение сердца.
Протянув руку, я коснулась дрожащими пальцами щеки Аренина. Провела по ней вниз и дотронулась до уголка губ. Аренин судорожно выдохнул.
— И это все? Так ты хочешь меня пожалеть?
Его тихий голос будоражил. Внутри разрасталось желание, которое, зародившись в груди, перетекло вниз живота и начало сладко пульсировать.
— Юрий Сергеевич, вы такой милый, когда пьяный, — проворковала я. — Можно вами нагло воспользоваться?
Аренин смотрел на меня уже совершенно ясным, трезвым взглядом.