Медленно и с непроницаемым выражением лица Аренин подошел ко мне и вдруг опустился на одно колено. Я тихо охнула.
— После нашего последнего разговора о переезде я долго думал, взвешивал все «за» и «против», — заговорил Аренин, пристально глядя мне в глаза. — Разумеется, Архангельск проиграл Москве, но есть одно большое и жирное «но»: в Москве нет тебя, а без тебя мне не нужны все эти московские плюсы. — Юра достал из кармана нежно-розовую коробочку и открыл ее. Внутри блеснуло аккуратное колечко с прозрачным камушком. — Это не бриллиант, и не платина, но зато я купил его на свои деньги, а не на отцовские. Ты выйдешь за меня?
— Да! — радостно объявила я и, кинув зачетку на преподавательский стол, бросилась на шею Аренина. — Сто раз могу сказать «да»!
Юра рассмеялся и чувственно поцеловал меня в губы. Затем отстранился, чтобы надеть мне на палец кольцо.
— Оно очень красивое, спасибо, — пробормотала я, чувствуя, как увлажнились глаза.
— На нашем пути наверняка будет много трудностей, — сказал Юра, сжимая мои ладони. — Но они же нас не напугают, верно?
— Конечно не напугают, — уверенно заявила я. — Вместе мы преодолеем их все. Ведь мы же любим друг друга!
Эпилог
Семь лет спустя
Проснувшись, я долго смотрела на нашу свадебную фотографию, которая стояла в рамочке на прикроватной тумбочке.
— Я скучаю, — пробормотала я, коснувшись пальцем счастливого лица Юры. В тот день он был особенно красивым. Я думала, что красивее уже и быть не может. Оказывается, может.
Вздохнув, я поднялась с постели, сунула ноги в мягкие тапочки и пошла на кухню, готовить завтрак.
— Пахнет блинчиками! — радостно объявил проснувшийся Матвей.
— Банановые, твои любимые, — улыбнулась я сыну.
— И папины!
— И папины, — тихо повторила я.
— Он не звонил? — Матвей сел за стол и широко зевнул, демонстрируя уже почищенные зубы.
— Еще нет. Наверное, у них опять проблемы со связью.
С тех пор, как Юра улетел в Сирию, прошел почти год. Один его знакомый волонтер рассказал ему о программе для бесплатного обучения сирийских детей-сирот, которую придумал один американский миллиардер и филантроп. Это была легкая работа за хорошие деньги. И очень опасная страна.
Юра даже думать не стал, сразу же согласился. А меня лишь поставил перед фактом. Аргументировал свое решение тем, что у нас ипотека, два кредита и не по годам развитый сын, которого скоро надо будет отдавать в школу.
— Да, нам нужны деньги, — сказала я тогда. — Но еще больше нам с Матвеем нужен ты, живой и здоровый.
Юра тогда улыбнулся и сказал, что с ним все будет хорошо. Что там, где он будет работать, безопасность на высоте. Мне оставалось только ему поверить.
Раздался звонок в дверь, который вырывал меня из воспоминаний.
Матвей вскочил и побежал в прихожую.
— Только спроси, кто! — крикнула я ему вслед. — Не открывай чужим!
— Кто? — крикнул Матвей так громко, что я невольно рассмеялась.
Тут же раздался щелчок замка, а затем радостный визг сына и басовитый голос брата.
— Ты как всегда вовремя, — сказала я, когда Олег с Матвеем на закорках появился на кухне.
— Банановые блинчики? — принюхавшись, спросил брат.
— Да! — радостно крикнул Матвей.
Когда в моем родном доме соседка с третьего этажа выставила на продажу свою двушку, я даже думать не стала — сразу же оформила ипотеку. Теперь нас с братом и мамой отделяли лишь три этажа. Надо ли говорить, как это нас радовало? Особенно Олега и Матвея, которые друг без друга жить не могли.
После завтрака я села за работу. Мой начальник, Глеб Борисович, вошел в мое положение и разрешил мне появляться в офисе лишь по необходимости.
Матвей повел Олега показывать свой новый кубик Рубика совершенно немыслимой формы. От его вида у меня шарики заезжали за ролики. Матвей же собирал его за минуту, самодовольно посмеиваясь.
Закончив с работой, я прислушалась. Олег и Матвей смотрели какой-то документальный фильм про космос и энергично его обсуждали. Решив, что у меня есть еще немного времени для себя, я налила в бокал немного белого вина и устроилась на диване перед телевизором.
Как всегда, смотреть было совершенно нечего. Пролистав несколько каналов, я остановилась на том, где шла какая-то старая мелодрама. Однако она быстро закончилась, и начались дневные новости.
Открыв на телефоне приложение с онлайн-кинотеатром, я принялась искать в отложенном какой-нибудь фильм.
— В Сирии произошла серия взрывов на территориях, подконтрольных союзным войскам.
Я подняла взгляд на телевизор и с замиранием сердца стала слушать диктора.
— По предварительным данным пострадало около двухсот человек, включая военных и мирных. Среди пострадавших насчитывается шесть граждан России, лица которых вы сейчас видите.
На экране появилось шесть фотографий. Одна женщина и пятеро мужчин.
При виде последнего фото у меня резко закружилась голова. Дыхание стало судорожным и громким. Кожа покрылась холодной испариной.
Раздался громкий звук бьющегося стекла. Ослабевшие руки не удержали бокал, и он упал на пол, разбившись на мелкие кусочки. Однако мне было на это плевать. Все мое внимание было сосредоточено на экране телевизора, где с фотографии на меня смотрел мой Юра.