Глава 7
— Девушка из универа! — спустя минут десять окликнул меня хозяин магазина. — Вы остальные цветы забирать будете?
— Да, конечно! — отозвалась я. — Просто Юрий Сергеевич все еще по телефону разговаривает…
— Да сколько уже можно болтать? — возмущенно крикнул хозяин. — У меня новый товар пришел, а его ставить некуда! Забирайте, давайте, свои цветы!
Вздохнув, я поплелась к ящикам. Подняла один и, крякнув, понесла его к машине. Фиг его знает, сколько там Аренин еще будет с отцом болтать. Время у нас не резиновое. Еще и хозяин злючий, как черт.
Ящик не был сильно тяжелым, но нести его было неудобно. Еще и доски все в заусенцах — невнимательно схватишься, получишь щипу.
— Ай! — воскликнула я, ставя ящик в багажник.
Как бы аккуратно я не старалась нести цветы, повреждений все же избежать не удалось. Углом ящика я задела бедро, и теперь на новых утепленных колготках расползлась солидная дыра, а на коже зиял небольшой порез.
— Дурацкий ящик! — в сердцах воскликнула я, глядя на ранку, которую сразу же начал кусать мороз.
— Зачем ты его схватила?! — подоспевший ко мне Аренин недовольно смотрел на мое раненое бедро. — Кто тебя просил?!
— Хозяин разозлился, что мы не забираем ящики, — буркнула я, потупив взгляд.
— Ну и черт с ним! Пусть злится!
Эмоциональный тон Аренина порядком удивил меня. Подняв на него взгляд, я чуть не приоткрыла рот от удивления. Таким раздраженным своего преподавателя по английскому я еще не видела. У него даже очки набекрень съехали.
— Жди здесь! — велел он и скрылся в магазине.
Минут пять спустя Аренин вышел с тремя ящиками в руках, а следом за ним, кряхтя, шел хозяин магазина. Вид у него был немного пристыженный. Сложив ящики на заднее сиденье, он скользнул взглядом по моему пострадавшему бедру и буркнул «извините».
— Садись в машину! — скомандовал Аренин.
От его властного тона по моему позвоночнику пробежала волна приятных мурашек. Оказывается, он мог быть не только холодным айсбергом, но еще и раздающим приказы начальником.
Усевшись на пассажирское сиденье, я невольно залюбовалась точеным профилем Аренина и даже забыла пристегнуться. Вздохнув, Юрий Сергеевич потянулся к ремню безопасности, обдав меня терпким запахом явно дорогого парфюма.
— Ой, да я сама могу… — пробормотала я, но Аренин уже защелкнул замок.
Я прикусила губу и съёжилась на сиденье. От Аренина исходили такие сильные негативные волны, что казалось, будто их можно было даже пощупать.
Стараясь дышать как можно тише, я опустила взгляд на порванные колготки. Черт, как же было их жалко! Они стоят намного дороже обычных, плотных, да и не найти их у нас в магазинах. Брат заказывал мне их в подарок из Китая, ждал почти три месяца, боялся, что к холодам не успеют прийти…
Глаза защипало от навернувшихся слез. Я крепко сжала ремень безопасности, стараясь сдержаться и не заплакать, но ничего не вышло. Слезы потекли по щекам, я шмыгнула раз, второй, третий.
— Ты что, плачешь? — севшим голосом спросил Аренин.
— Нет… — пробормотала я и шмыгнула носом еще раз.
— Ты плачешь, — заключил Аренин.
— Да, я плачу-у-у, — протянула я, запрокинув голову.
— Тебе так больно? Едем в больницу?
— Не-ет, мне не больно-о-о…
— Тогда почему ревешь? — Аренин выглядел совершенно растерянным, даже попутал подворотники и чуть не создал аварийную ситуацию на дороге.
Если бы я пребывала в хорошем расположении духа, то непременно бы пришла в восторг от его эмоционального поведения, но у меня было горе. Я порвала подарок брата…
— Потому что колготки жалко! — всхлипнула я, осторожно вытирая слезы под глазами — нельзя было размазывать тушь, а то буду выглядеть как панда.
— Что? Колготки? — Аренин будто только что увидел дырку. — Я думал, у тебя порез болит…
— Нет, — буркнула я, ища в сумке сухие салфетки. — Он не болит. А вот колготки жалко!
— Это всего лишь одежда.
— Вы не понимаете, — замотала я головой так, что пряди волос хлестнули меня по лицу. — Это не просто колготки, это подарок брата. Он мне никогда ничего хорошего не дарил, а тут взял и купил теплые колготки. Сказал, чтобы я свое хозяйство не отморозила. А потом в армию уше-е-ел…
Слезы снова потекли по моим щекам. Аренин тяжело вздохнул и больше со мной не заговаривал. Наверное, смирился, что успокоить меня так легко не получится.
Израсходовав все салфетки, я не нашла ничего лучше, как пустить в ход рукава куртки, которые быстро пропитались моими горючими слезами.
Остановившись на обочине, Аренин заглушил мотор и велел мне ждать. Всхлипнув, я кивнула и принялась изучать дырку на колготках, которая, кажется, сделалась еще больше. Было бы чем ее зажать, чтобы не расползалась…
Пока рыскала в сумке какую-нибудь невидимку или резинку для волос, вернулся Аренин с маленьким белым пакетом.
— На, — он протянул мне коробку сухих салфеток.
— Спасибо, — пролепетала я, глядя на эту коробку так, словно там были не бумажки, а кольцо. Мой первый подарок от Юрия Сергеевича…
— Давай сюда свою ногу, — хмуро произнес Аренин.
— Ногу? — не поняла я. — Вам? Мою?
— Порез обработать надо. — Аренин достал из пакета йод и стерильные салфетки.