— Да. И мне бы хотелось его переплюнуть. — Тут я ни каплю не лукавлю, моя цель в самом деле оставить позади своего кумира. В конце концов, я не дурак и понимаю, что если перестать стремиться к лучшему, можно заглохнуть.
— Похвальное рвение, Артем. Искренне надеюсь, что у тебя все получится. Но давай вернемся к становлению твоей карьеры. — И снова этот тон аля учительница начальных классов. Нет, ей идет в принципе, даже сексуально. Она еще так проводит языком по колпачку ручки, что я невольно думаю — у нас началась прелюдия. — Твои родители были вовлечены в то, чем ты занимаешься?
Я почему-то пропускаю ее вопрос мимо ушей, продолжая разглядывать как идиот чувственные девичьи губы. Ох, скорее бы попробовать их на вкус.
— Артем? — Тая щелкает пальцами и я понимал, что забыл ответить на ее очередной идиотский вопрос.
— Только мама.
— А папа? — Напирает Мисс журналист года.
— А папа видел меня офисным планктоном. Мне пришлось его разочаровать.
— Он до сих пор в этом состоянии?
— Не думаю. — Пожимаю плечами. Да когда мы уже закончим эту тягомотину, интересно?
— Значит ты зарабатываешь достаточно, чтобы заглушить его печали на твой счет. Сколько тебе платят за твою работу, Артем?
— Мало.
— Давай подсветим цифру.
— Ну ты же не хочешь, чтобы у меня развился комплекс неполноценности? — С губ срывается смешок. Она реально думает, что кто-то проболтается о своей зарплате? Наивность уровень — Бог.
— Значит, этот вопрос тебе не по зубам?
— Пусть лучше мои зубы выбьет шайба, — игриво подмигиваю ей, будто бы мы обсуждаем что-то критически ниже пояса.
— Хорошо, тогда попробую зайти с другой стороны. Что ты купил со своего первого гонорара?
— Я его прогулял, — отвечаю, а сам вспоминаю тот день, как мы с парнями подняли на уши весь самолет и подкатывали к стюардессам. — Укатил с друзьями на Бали и куролесил там до победного.
— Это была самая необдуманная твоя трата?
— Нет. Самая необдуманная — это мотоцикл. Всю жизнь мечтал о крутом спортивном байке, теперь он у меня есть, но я так и не рискнул на нем прокатиться.
— Отчего же так?
— Тренер запрещает, — я снова улыбаюсь, в этот раз искренне, потому что черт возьми приятно знать, что твою задницу ценят и берегут. — Мои кости важнее сиюминутного выброса адреналина.
— Как празднуешь забитую шайбу?
— Никак. После второго десятка это стало просто моей работой, которую я обязан выполнять качественно.
— Почему тринадцатый номер? — закатываю глаза, потому что это один из самых популярных вопросов в интернете. И чего люди на нем так зациклены?
— Я сам его выбрал. Не верю в приметы.
— А во что веришь?
— Исключительно в себя.
— Давно гуглил свою персону?
— Никогда.
Она кивает, облизывает нижнюю губу, словно на ней сладкое мороженое. Это выглядит чертовски привлекательно.
— Какой самый запоминающийся момент в карьере?
Я снова отвлекаюсь и Тае приходится повторить вопрос. Господи, у нее их там тысяча что ли? Меня они уже начинают не на шутку напрягать.
— Первый хет-трик. Ничего более потрясающего в эмоциональном плане я в жизни не чувствовал, чем когда пробил тройной за одну игру. Это вышка!
— До сих пор так?
— Нет, все притупляется рано или поздно и превращается в рутину. Радует, но уже не так эпически.
— Ты близок со своей командой?
— Мы все как братья.
— Тяжело будет уходить в НХЛ? — смотрю на нее внимательно, интересно, уже кто-то успел слить инфу, что я планирую уехать в Канаду?
— Меня пока еще никуда не позвали. — Отмахиваюсь от вопроса, при этом нервно притопывая ногой. Когда же конец?
— Так все-таки ты суеверный немного? У меня есть информация, что сразу два клуба лиги ведут споры, дабы заполучить тебя.
— Надо же, какая шустрая, — Смеюсь в ответ я. Отдаю должное, девчонка хорошо подготовилась, все выяснила, даже то, что находится за семью замками. — У меня ничего нет, а у тебя сразу толпа по мою душу собралась.