Но почему внутри так больно? Хотел же быть один, не нести ответственности за Еву, а когда она ушла, захотел броситься за ней. Возможно, она права и нам стоит побыть некоторое время отдельно. Пока она будет с сестрой, я смогу спокойно решить все проблемы здесь и наконец разобраться со своими чувствами.
Захар зашел тихо и недовольно оглядел мой небольшой погром.
— Доминик Маркович, как вы и просили, за Евой присматривают наши люди. Она вызвала такси и поехала к своей подруге, — голос Захара звучал спокойно, но мне показалось, что в нем пробежали нотки злости. Неужели он тоже думает, что я поступил неверно?
— Пусть за ней следят до самого аэропорта, — дал распоряжение. — Когда Фролов узнает, что я дал ход флешке, начнется война. Лучше нам хорошо подготовиться. Кстати, документы на передачу тебе охранной фирмы готовы. Осталось лишь подпись поставить.
— Вы уверены, что хотите этого? — напряженно взглянул на меня Захар.
— Думаю, хватит уже тебе прикрывать мою спину, — ответил серьезно. — Станешь директором, засядешь в кабинете и будешь приказы раздавать. К тому же, думаю, Марта будет рада такой перспективе.
— Марта… — замялся Захар. — Хочет развестись.
— Серьезно? — удивился. — Похоже, она все-таки не выдержала рядом с тобой. Возможно, еще не все потеряно и ты сможешь ее убедить не делать этого.
— Дело в том, что я не хочу ее разубеждать, — нахмурился мужчина. — Она хочет семью и детей, а я уже не в том возрасте, чтобы становиться отцом. Я даже представить себя не могу с ребенком на руках. Не мое это. Поэтому, думаю, будет лучше отпустить ее и не мучить.
Захар ушел, а я все думал над его словами. Он никогда не думал о семье и это было довольно странно. Потому что я постоянно думаю о Еве, хочу, чтобы она была рядом. А дети… До встречи с этой девушкой это вообще был закрытой темой, а теперь я часто представлял себе малявку с ребенком на руках. Моим сыном или дочерью…
В душе сразу же становилось так тепло, но уже за миг всю эту милую картину накрывало понимание, что я не готов создавать семью. Не хочу, чтобы мои дети страдали так, как страдал я. И почему-то упорно гнал от себя мысли, что я не мой отец и жить могу без тех ошибок, которые делал он.
Глаза пекли и слезились. Спать хотелось все больше. Но я упрямо продолжал сидеть в кресле и считать минуты, когда Ева покинет этот город и эту страну. Не знаю даже когда мой мозг отключился, и я заснул. Но когда проснулся, на часах уже был третий час дня.
Выйдя в зал, я набрал номер Захара.
— Слушаю, Доминик Маркович, — послышался голос охранника.
— Ева села на самолет? — сразу же перешел к делу.
— Да.
Всего одно слово, а в сердце словно рана появилась. Бросив телефон на диван, я зарылся руками в волосы и с силой потянул. Хотелось физической болью заглушить боль душевную. Но, увы, ничего не вышло, хотелось упасть на колени и выть от отчаяния. Блять! Я же сам этого хотел! Выгнал ее из своей квартиры и из своей жизни! Растоптал ее чувства, которые девушка так просто и искренне мне подарила. Так почему же так больно сейчас мне?
Ева
Я стояла под дверью квартиры Карины и никак не решалась позвонить. Мгновенный порыв миновал и теперь не была так уверена, что подруга обрадуется моему появлению. Пока я гипнотизировала взглядом дверь, на этаж приехал лифт и дверца открылась. Карина вышла в коридор с двумя пакетами из супермаркета и шокировано замерла, увидев меня. Ее простой спортивный костюм сразу же напомнил мне, что не такая она и модница как хочет казаться. Сразу стало немного спокойнее.
— Неужели Воронов тебя прогнал? — спросила она заинтересованно и кивнула на мой чемодан. К счастью, я не заметила в ее голосе насмешки, лишь недоумения.
— Я сегодня лечу в Германию. Ангелина там лечится, — ответила тихо. Стало стыдно, что подруга вообще не в курсе моей жизни. Все же в прошлом она сильно мне помогла.
— Ого! Я рада за нее! — это прозвучало довольно искренне. — Ну что ж, раз ты уже здесь, тогда заходи.
Карина открыла дверь и сразу же пошла с пакетами на кухню, а я затащила в коридор свой чемодан и неуверенно пошла за подругой. Девушка включила кофеварку и начала доставать из пакетов продукты.
— Как знала, что сегодня будут гости. Даже торт купила, — Карина поставила на стол небольшой шоколадный торт, а у меня слезы появились на глазах.
Раньше мы часто этак сидели за этим столом и делились своими переживаниями. Почему же сейчас мы с ней такие чужие?