– Почему я? – спросила Луна, ковыряя стенку лунной тыквы.
Гало закончила чистить картошку и стала пробовать нарезать её.
– Потому что тебя не должно было быть. Я же уже говорила.
Лу призадумалась, но всё равно ничего не поняла.
– Это как?
Гало оставила картошку в покое, подлетела к люльке и снова взяла на руки грязный окровавленный свёрток, который пульсировал, словно живое сердце.
– Это кукла Недоля, – сказала Гало. – Ваше человеческое колдовство. Ты называешь себя ведьмой и не знаешь таких простых вещей.
– Я зелёная ведьма, – тихо сказала Лу и добавила: – Скажи, почему ты меня ненавидишь?
Гало призадумалась.
– Нет. Я не испытываю к тебе таких чувств. Ты мне даже нравишься. С тобой интересно. – Гало поглядела на куклу в своих руках. – Я даже рада, что твоя душа перейдёт ей. Твоя мать до рождения ребёнка, то есть тебя, сделала эту Недолю. Внутри у куклы записка с пожеланием, чтобы ты не появилась. Чтобы тебя не было. Таких кукол обычно сжигают. Но твоя мама почему-то не сделала этого. Она кинула куклу в заброшенный колодец, из которого давно не брали воду. В колодце обитала я, тогда всего лишь в виде маленького мотылька. Когда же появилась Недоля, я стала есть её магию.
Этот грязный пульсирующий свёрток сделала её мама? Мама не хотела, чтобы Луна появилась? Это её добрая заботливая пижамная мама? Которая гуляет с Лисичкой, когда Лу не может, с интересом слушает все наблюдения Луны, добывает ей разные интересные свечи и носки, готовит кашу на завтрак, даже болея. Её мама, с которой они так много смеялись и болтали, и читали по очереди вслух книги.
Луна тряхнула головой.
Так, не думать об этом.
А что Гало говорила про магию?
– Это как? – не поняла Луна. – Ты ела магию?
Гало положила куклу обратно в люльку и пояснила:
– Как мох, покрывающий ствол дерева. Я питалась магией, заключённой в Недоле, а в ней её было много. Обрядовые вещи незавершённых ритуалов таят в себе большой запас неиспользованной силы. И вся эта сила была, как зовёте её вы, люди, злой. Не может быть доброй кукла, в которой спрятана человеческая печаль, которая сделана не из любви, а от горя. Недоля была привязана к глиняному черепку. Я растолкла его и слепила первую детку. Вместо косточки её сердечком стала маленькая мёртвая мышка, которую я обнаружила в лесу.
Лу кашлянула и поняла, что начинает замерзать. Утром, спеша встретить у подъезда Лисичку, она не посмотрела на градусник и забыла про шарф. Лу застегнула верхнюю пуговицу куртки и обмотала конец длинной гномьей шапки вокруг шеи. Не зря эта шапка была её любимой!
Утеплившись, Лу посмотрела на Гало. Принцесса снова медленно резала картошку. Рядом с ней стояла миска с глиной. Лу представила, как днём, когда тумана было мало и Гало не могла покидать колодец, она сидит на скамейке за столиком и лепит головы.
– Это похоже на пчелиный рой: королева-пчела и пчёлы-работяги, – сказала Луна.
Гало кивнула.
– И будущая преемница. А чтобы она появилась, её нужно кормить другой пищей. Не такой, как работяг.
– Моей душой, – обречённо вздохнула Луна.
– Да, – подтвердила Гало.
– Но, получается, ты королева мотыльков, а не принцесса. Тогда почему ты зовёшь себя принцессой?
Гало задумалась.
– Получается, да. Мне так даже больше нравится. Скоро будет новая принцесса, а я буду королевой. Однажды я услышала по паутинному телефону про принцессу мотыльков. Мне понравилось это прозвище. К тому же, в отличие от тебя, мотыльки у меня и правда есть.
– Да, я уже поняла, – вздохнула Луна, разглядывая нитки корней, которые свешивались с земляного потолка. – Ты хочешь забрать у меня всё. Чтобы меня не было. Совсем.
Гало собрала в кучку кусочки картошки, сосредоточенно поглядела на них, и белые брусочки полетели прямо в Луну. Та пригнулась, защищая голову руками.
– Какая ты вредная! – возмущённо воскликнула Лу, когда овощной дождь прекратился.
Гало хихикнула и вылетела в кладовую. Детки снова подкатились к тыкве. Но стоило духу вернуться, как головы тут же замерли, делая вид, что они послушные добропорядочные куски глины.
– Какие всё-таки эти детки мерзкие, – процедила Луна.
Они снова заставили её подумать о собственной семье.
– Да, всё-таки и у моих родителей есть скелеты в шкафу, – вздохнула Луна. – И теперь я поняла, что не хотела бы об этом знать.