– Проводили до самой общаги и обратно ушли.
Мефу не понравилось, каким тоном Полина это сказала. Как будто врала.
– А не обманываешь? – он недоверчиво глянул на неё.
В этот момент девушка наклонилась и впилась в его губы. Мефодий резко отшатнулся и упал на спину, еле-еле успев подставить руки.
– Ты чего?! – опешил он.
Полина с хитрой улыбкой на него посмотрела.
– Да я неожиданно вспомнила, что ты у нас ещё не целованный, вот и решила исправить такую оплошность.
За время произнесения фразы она успела снова приблизиться к его лицу.
– А, может, не стоит? – попытался отнекаться Меф, чувствуя себя прижатым к полу.
Отталкивать девушку не хотелось.
– Ну не век же тебе в девках ходить, – засмеялась Полина и снова припала к его губам.
В этот раз гораздо осторожнее.
Глава 7. Утро.
Солнце светило прямо в глаза. Я недовольно зажмурилась. Ненавижу просыпаться от безжалостных лучей. Стоп. Но ведь у окна в моей комнате не выходят на восток! И что бы это могло значить? Я открыла глаза и уставилась в лицо безмятежно сопящего близнеца. Эммм…
Так проведём небольшое исследование окружающей местности и ревизию памяти. Я нахожусь в комнате пацанов на двухъярусной кровати близнецов в обнимку с одним из них. На мне близнецовская футболка и собственные плавки. Мдааа... И чья же это невинная мордочка передо мной? Если мыслить логически, то это Мефодий. Макса и Кира ещё нет. Сколько времени? Память постепенно возвращалась. Поход на концерт и в клуб, танцы и алкогольные коктейли. Неожиданная скука. А почему я не вернулась в собственную комнату? Ага, увидела свет из под пацановской двери и решила зайти. Но я же на третьем этаже живу... Неужели напилась настолько, что перепутала количество пролётов? Да не может быть! Судя по всему, может. Последнее, что я вспомнила это домогательства до Мефа. Поцелуй. А что дальше? Как я оказалась в чужой постели в чужой одежде?!
– Мефодий, проснись! Меф!
Близнец недовольно открыл глаза:
– Ты чего кричишь с утра пораньше?
– Что было после поцелуя?!
Наверное, у меня был очень растерянный вид, потому что он начал объяснять без лишних вопросов:
– Ты начала раздеваться, а потом рухнула на кровать почти голая. Пришлось на тебя футболку натягивать. Я хотел залезть на второй ярус, но ты меня не отпустила. Обняла и мирно уснула.
– Точно ничего не было?!
Мефодий внимательно на меня посмотрел, хмыкнул и осуждающе сказал:
– Нечего было напиваться до потери памяти.
Но видимо, решив больше не мучить, почти по слогам произнёс:
– Ничего, кроме поцелуя, не было, ведь один из нас всё же был в трезвом уме. Так что я ещё пока девственник. Успокойся и спи дальше, алкоголичка!
Сказав это, Мефодий перелез на второй ярус кровати, ведь скоро должны были вернуться остальные гуляки, а лишних выяснений не хотелось никому.
Мне было плохо. И неимоверно стыдно. Господи, ну нельзя же так жить.
– Меф, прости меня.
– Считай, что ничего не было, если тебе так будет легче, – проворчал близнец. – И дай, наконец, поспать, мне ещё на учёбу надо, в отличие от некоторых.
Мефодий, ты – золото!
Глава 8. Они – разные!
Что-то в поведении Кирилла меня настораживало. Слишком уж противоречиво он себя порой вёл. Ещё вчера меланхолично валявшийся на высшей математике и тихо ненавидящий звонкий голос преподавателя, сегодня он с упоением решал примеры. А кто-то говорил, что ничего не смыслит в «вышке»?
– Кира, хочешь, прикол расскажу, – предложила я на перерыве, чтоб не скучать.
– Ну, давай.
– Зашли мы с Максом в магазин, а там отдел нарядов для взрослых вечеринок открыли. Решили мы там полазить. Смотрю, резиновые титьки висят, на них ценник: «Грудь восточной женщины Китай». До меня не сразу дошло, что это страна-производитель подписана.