До перерыва парни помирали, старательно делая вид что пишут. За безделье этот преподаватель мог поставить «энку», его не волновало, что ты присутствовал. Потом похмельную троицу снесло попутным ветром до буфета. Минералка полилась рекой. Вторую часть пары они уже бодренько взирали на окружающий мир, а к концу учебного дня окончательно очухались.
Далее на повестке дня было прощание с Анеко и возвращение в, наконец-то, открытую общагу.
***
Ужин по поводу возвращения в изначальное место обитания проходил в тишине и напряженной атмосфере. Макс тупо пялился в тарелку, вяло ковыряясь в содержимом. Близнецы элементарно засыпали. Анька плотоядно к ним приглядывалась. Видимо интерес к Максимильяну окончательно пропал. Я сверлила сестру взглядом до тех пор, пока она не обратила на меня внимание.
– Чего?
Я отвернулась, стараясь подавить ненависть к Анеко, клокотавшую в самом горле. Казалось, что я сейчас зарычу. Проблема была в том, что я не могла понять причины этого чувства. Было ли это вчерашнее изгнание, внезапно покинутый Макс или что-то другое. А кто его знает.
Уже только в коридоре Анька показала свою обычную бодрость:
– Как жаль, что вы так быстро уезжаете. Я бы не прочь и с остальными познакомиться поближе…
– Ну уж нет, – прервала я её. – Хватит с тебя и блондинчика.
На выходе сестрица цапнула меня за рукав и шепнула в самое ухо:
– Жалко тебе что ли. Всё равно они для тебя всего лишь друзья.
– Вот именно что друзья, и они нужны мне в полной сохранности.
– Ну-ну, - ехидно протянула она. – У меня все равно есть их телефонные номера!
И захлопнула дверь. Мне оставалось лишь втиснуться в подъехавший лифт и гадать о значении этого бессмысленного разговора.
***
Общежитие встретило нас хмурой вахтёршей, потребовавшей пропуски и невероятным шумом толпы заново расселяющихся. Я кинула сумку в комнату и почапала в душ. Конечно, ванная ванной, но общажные поливалки успели стать роднее. Эх, в баньку бы сейчас. Но домой я попаду только на следующих выходных. Хорошо ещё, что недалеко от города живу, а то куковать бы мне без дома до зимней сессии как близнецам.
До парней я добралась только за полночь и сразу же заказала: а) горячего кофею; б) приятной музыки и в) получасового сеанса массажа. После недовольного ворчания мои требования все же были выполнены.
– Чего ещё изволите, мерзкая хозяйка? – издевательски поинтересовался Кирилл, изображая из себя учтивого и вредного слугу.
Я лишь вяло отмахнулась, потому что исполнялось третье желание, во время которого мне было плевать абсолютно на все. Всё-таки руки Мефодия творили чудеса.
Глава 13. Не люблю поезда.
Моему терпению пришел конец. Почему я, существо мягкое и частично доброе, любящее тишину и покой, должна терпеть эти безобразия? Нет, дело совсем не в той троице, с которой я общаюсь больше всего и не в обожаемой двоюродной нахальной сестрице, пытающейся затащить к себе в постель близнецов. Всё дело в моих соседках, двух безобидных на вид современных девицах, не имеющих по последней моде мозгов.
– С сегодняшнего дня я ночую у вас! Точка! Возражения не принимаются!
Три пары удивленных глаз уставились на внезапно вломившуюся в «220» комнату меня.
– Не люблю поезда! – отчаянно выкрикнула я, ввергнув присутствующих в ещё большее удивление.
Мефодий, до моего появления мирно возлежавший на плече брата, чуть не свалился с кровати вместе с ноутбуком, устроенном на животе Кира. Близнецы смотрели фильм, расположившись со всеми удобствами. Максимильян же играл во что-то на своём компьютере, так что ему не составило труда повернуться сразу всем телом.
– Эммм… А поподробнее можно? – робко спросил Меф.
Я плюхнулась на Максову кровать. Так в поле моего зрения оказывалась вся троица.
– Пока мы с вами весело жили у моей сестрицы, Юля и Аля окончательно оборзели. Если кто не понял – это мои соседки по комнате. Что одна, что другая нашли себе парней и теперь по полной развлекаются. И если Аля ещё имеет какие-то тормоза в голове, не позволяющие ей оставлять парня на ночь, то Юля нет. А сплю я прямо над Юлей. И в последнее время совсем не высыпаюсь. Не люблю поезда!