– Я тебя внимательно слушаю.
– Да я тут хотела поинтересоваться, не надоело ли вам ждать моего решения, ведь уже декабрь, а я всё торможу?
Лучше начать с того же вопроса, что и в случае с Кириллом.
– Не думай об этом. Мы примем любое твоё решение в любое время.
Мефодий был абсолютно серьёзен. Вот уж эти близнецы. Я начала медленно наклоняться.
– Правда?
Всё ниже и ниже. Мефодий слишком поздно понял, что я намереваюсь сделать. Когда я коснулась его губ, шарахаться было уже некуда. В первую секунду он застыл, а потом обнял. Я же, как и в первом случае, анализировала. Вот сердце заколотилось быстрее и сильнее, сбилось дыхание, по телу побежали мурашки. С губ сорвался невольный стон. Я резко отодвинулась, разрывая кольцо рук. Не может быть!
Меф молчал, лишь удивлённо смотрел на меня. Да ну нафиг! Неужели я одинаково реагирую на них обоих?! Такой развязки я даже и не ожидала, когда планировала эту «операцию». А может быть, я просто вообще изголодалась по мужскому вниманию? Взгляд упал на Макса. Вот это мы сейчас и проверим.
Тихонько подкрасться, постучать пальцем по плечу, отвлекая от игры, и неожиданно впиться в губы. Фу! Слюняво, мерзко, тошно.
– Я в рейде, бака! – отмахнулся Макс и, как ни в чем не бывало, продолжил играть.
Мне бы такую реакцию на всё вокруг происходящее. Я сползла на пол.
– Полин, ты чего творишь? – «ожил» Меф.
Что я творю? Да и сама не знаю что. Выясненное в ходе «эксперимента» мне абсолютно не нравится. Кажется, всё оказалось сложнее, чем я ожидала.
Глава 28. Болезнь.
Простуда подкосила меня внезапно. Температура, кашель, сопли, слёзы. Весь букет сопутствующих симптомов приклеился намертво к моему полуживому организму. Первый день я провалялась в своей комнате под неодобрительные вздохи соседок, боящихся заразиться. На следующий день близнецы поцапались с девками и утащили меня в свою комнату, несмотря на сопротивление.
– Да ну этих обормоток рафинированных, с ними ни вздохнуть, ни пёрнуть, как говорится, – проворчал несдержанный на язык Кир.
– Здесь мы тебя быстрее на ноги поставим, – поддержал его Меф.
Ну, кто бы сомневался, что близнецы не бросят меня в такой ситуации, не смотря на шаткость наших отношений в последние дни.
– Лекарствами запоим, малиной закормим, – отозвался Великолепный Максимильян.
Кажется, своей болезнью я переполошила всё население «220» комнаты.
***
Меня морозило. Трясло до такой степени, что вскоре сверху свесилась растрепанная голова. Близнец подсветил телефоном и охнул:
– Мать моя, да твои кости стучат так, что в соседней комнате слышно.
Тихо слез с кровати и приложился губами ко лбу, определяя наличие температуры. Сунул градусник и пошёл ставить чайник. Я плотнее сжалась в комок под одеялом. Непонятно, кого именно из Туровых я разбудила, их голоса сливались спросонья, а света было недостаточно для точной идентификации. Через несколько минут мне пришлось сесть, чтобы взять кружку, из которой вкусно пахло малиной и мёдом.
– Спасибо, – пробормотала я сипло.
Близнец уставился на градусник, тщетно пытаясь определить его показания при неярком свете сотового.
– Не за что. Пей давай.
– Вы что там шумите? Полине плохо? – поинтересовались сверху.
– Спи, брат, без тебя управимся, а то ещё милордское величество разбудим, гнев его на себя навлечем.
Сверху тихо засмеялись:
– Это да. Ладно, оставляю больную на твою заботу. Смотри – не перестарайся.
С питьём я покончила мгновенно, но почему-то ни капельки не согрелась.
– Двигайся, отмороженное существо, – хмыкнул близнец.
По этому стандартному звуку я, наконец-то, определила Кирилла.
– Не боись, приставать не буду.
Вот теперь стало теплее. Кир был лучше любой печки. Я с облегчением провалилась в сон.
***
Проснулась с абсолютно ясной головой и уставилась в лицо спящего близнеца. Кажется, кто-то прогуливал пары, потому что, судя по всему, остальные койки пустовали. Кирилл, Кирилл, как тебе не стыдно, ведь и без этого напропускал так, что даже вдвоём не разгрести. Словно почувствовав мой взгляд, близнец проснулся. Я с удивлением узнала Мефодия.